Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


Адиз Кусаев На обложке Город Грозный Страница Первая




страница5/17
Дата06.01.2017
Размер3.76 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Улица Михайловская

(Ул. Красных фронтовиков, ныне ул. им. С.Ш. Лорсанова)


Рассказывая о прошлом Грозного, эту улицу вспоминают почему-то редко, хотя имеет она не менее богатую и интерес­ную биографию, чем другие, более известные. На ней до пер­вой чеченской войны стояло немало памятников истории, куль­туры и архитектуры. И не просто стояли эти здания, а до конца дней своих служили людям. Многих из этих строений сегодня нет, но иные дожили до наших дней. Правда, облик их сильно изменился. Восстановим же справедливость и расскажем под­робнее об этой исторической улице.

Названа она была Михайловской в честь брата русского императора Алексадра 11 Великого князя Михаила и носила это имя до 1928 года. Затем была пе­реименована в честь Красных фронтовиков Германии и Авст­рии, с которыми дружили рабочие нашего города - бывшие участники знаменитых Стодневных боев и красные партизаны.

В 1927 году делегация Красных фронтовиков посетила Грозный, и именно в здании Общественного собрания (Дворца пионе­ров), располагавшемся на улице Михайловская, и произошла их первая встреча с побратимами из нашего города. В память об этом и стала улица носить свое сегодняшнее название...

Хотя примыкала она к крепости Грозная, построенной в июне 1818 года командующим Отдельным кавказским корпусом А. П. Ермоловым, как он хвастливо заявлял, «для устрашения чеченцев» и начиналась от берега р.Сунжи в двух десятках шагов от люнетов и земляных валов крепости, формироваться ул. Ми­хайловская стала намного позже первых улиц на форштадте: Граничная (пр. Победы), Александровская (ул. Первомайская), Арсенальная (ул. им. Быковского), Дундуковская (пр. Револю­ции), положивших начало городу.

Именно на ней в 1820 году (на второй год существования крепости) были построены пер­вые дома будущего города - Дом коменданта крепости Грозная, здание клуба Офицерского собрания и другие, - здесь еще долгое время было безжизненно. В начале будущей улицы у кре­пости до 1850 года был плац, на котором муштровали солдат, устраивали различные смотры, парады и военные игры. Вре­менами на нем разбивались палаточные лагеря для воинских частей, формируемых для карательных экспедиций в Чечню. А с 1850 года на месте плаца зашумела первая в истории крепо­сти ярмарка: это было наиболее удобное для проезда место, поскольку сюда именно в те времена выводил брод на р.Сунже, устроенный, как выяснили ученые, еще самим великим пол­ководцем Тимуром в годы его походов на Северный Кавказ (1395-1420).

О том, что Тимур (Астаг1а Тимар - чеч.; Тимур ленг - Хро­мой Тимур – по-монгольски, тюркски, интерпретация этого имени по европейски - Тамерлан. - А.К.) бывал и прошелся ог­нем и мечом по Закавказью и Северному Кавказу, говорят не только легенды, мифы, сказания (в том числе и чеченские), но и некоторые названия местностей Чечни (например, Тимуран саьнгарш - Тимуровы рвы вблизи с. Кулары, Тимуран гечо - Тимуров брод на р. Сунжа и т.д. А.К.), многочисленные исторические факты и самый яркий из них, описанный еще в 1409 году очевидцем походов Тимура генуэзцем, аланом по происхождению, Франческо Аларо в книге «Тимур на Кавка­зе», - сражение Тимура с золотоордынским ханом Тохтамышем на р. Терек 24 июля 1395 года.

Место это предположитель­но от правого берега р. Терек (ныне с. Виноградное) и до склонов Терского хребта. Войск с обеих сторон было огромное количество (у Тимура - более двухсот тысяч человек). Вот что очевидец пишет о движении этих полчищ: «На горизонте стоя­ла дымка от пыли. Ближе слышался гул. Стонала земля. Ее били десятки тысяч копыт... «Дивизия» за «дивизией» шагом прохо­дили мимо нас то с лесом копий, то без них, знамен было мно­го... Порядок был замечательный».(1) Удовольствие прочитать эту замечательную книгу оставляем читателям. Первое издание ее вышло в г. Ростов-на-Дону в 1938 году.

О том, что чеченцы уходили все дальше в теснины гор, чтоб избежать полного истребления ордами Тимура, известно дав­но; делалось это потому, что в тесных ущельях завоеватели не могли использовать большие силы и теряли скорость, манев­ренность, мощный напор больших масс, в чем была их тактика. Но и туда дотягивались кровавые руки железного Тимура, о чем свидетельствует генуэзец. (Он приехал на Кавказ в качестве секретаря и переводчика посланника дожа Генуи, командиро­ванного для ревизии состояния торговых факторий, которые во множестве были разбросаны в те времена на Кавказе. По­пал в плен, сопровождал Тимура в походе по Северному Кав­казу и стал очевидцем всех его сражений и кровавых расправ, пока в 1396 году не был освобожден и не уехал на родину. Поэто­му его свидетельствам можно верить. -А.К.).

То, что Тимур огнем и мечом прошелся по тогдашним чеченским землям, подтверждает такой факт, описанный Фран­ческо Аларо. Он описывает, как Тимур раздавал воинам добы­чу, взятую ими у разбитого противника, и говорит конкретно, где были добыты сокровища

Он пишет: «Мой приятель Эмир сообщил мне, что эта добыча приве­зена из только что (июнь 1395 г. - А.К.) завоеванной области по реке Аргун, впадающей в Терек. (Вообще-то, Аргун впадает в р. Сунжа, но простим генуэзца: он не мог знать тогда таких под­робностей географии Чечни. - А.К.) Глядя на дележ, я думал: «Азийцы (так называли в те года войска Тимура. - А.К.) силь­ны и подвижны. Сегодня завладели богатствами Кавказа, завт­ра завладеют богатствами руссов, а послезавтра вторгнутся в богатую Италию. Мой приятель Эмир прибавил к своему объяснению, что, по рассказам одного из мингбаши (командир тысяча воинов, по нынешнему - полковник; звания в армии Тимура. - А.К.), участвовавшего в покорении этой области, там сожжено 83 по­селения, много истреблено народу, но много также скрывалось в неприступных ущельях. Несколько голов начальников селений (городов у них нет) привезено. «Вон они лежат», - прибавил мой собеседник. Я заметил в полутьме кучку круглых предметов. Это были человеческие головы. После раздела до­бычи Тимур в сопровождении Эмира, слегка прихрамывая, подошел к этой кучке. Ее ярко осветили десятки факелов. Ти­мур пытливо посмотрел на головы и, отходя, сказал вполголо­са: «Глупцы те, кто сопротивляется избранному пророком». А затем, обращаясь к Эмиру, резко спросил: «Кого ты назначил начальником этих моих областей?» «Юсуп-хана», - низко кланяясь, отвечал он. Тимур молча кивнул головой, одобряя назначение. Я полюбопытствовал, как называется покоренный народ. Мой собеседник сказал: «Кто-то назвал его «нах». (2)

Этим-то Тимуром и был проложен брод по р. Сунжа, кото­рый до сих пор носит его имя и у которого начинается ул. Ми­хайловская — Красных фронтовиков.

Вид начала улицы Михайловская еще почти целый век порти­ли мрачные остатки крепостных строений, хотя уже в 1857 году они были заброшены, потому что надобность в крепости и со­держании в ней войск отпала: жизнь в Чечне давно перешла на мирные рельсы, и обстановка на левом фланге Кавказской ли­нии настолько разрядилась, что даже военный штаб был пере­веден во Владикавказ.

Но еще в начале XX века все оставалось как было. Краевед Д. Приволжский писал в 1914 году в своей книге «Весь Грозный и его окрестности»: «Городской центр бе­зобразят серые, грязные здания тюрьмы, казарм, остатки ва­лов и рвов старой крепости. Прошли времена, вырос город, а безобразные казематы стоят, как и раньше, полуразваленные, наводя страх на редких прохожих». (3)

Еще до Октябрьской революции 1917 года общественность города повела борьбу за очистку города от этих руин, но уси­лия энтузиастов оказались напрасными: началась Первая ми­ровая война, а затем и кровопролитная Гражданская война, не до очистки города стало. А тюрьмой воспользовались вошедшие в Грозный деникинцы: в ее камерах пытали, а во дворе расстре­ливали арестованных рабочих, подпольщиков, революционеров.

Побывавший в те времена в Грозном знаменитый писатель Михаил Булгаков использовал впоследствии в работе над романом «Бег», как установили исследователи его творчества, свои воспоминания о жестокостях, творимых деникинцами в те дни в городе.

И только в тридцатых годах XX века в начале улицы Михай­ловская происходят коренные изменения: сносится наконец-то зловещее здание тюрьмы, ликвидируются казармы, остатки кре­постных валов и на их месте от берега р. Сунжи до ул. Шоссей­ная (Комсомольская) закладывается красивый парк, которому в 1944 году решением горисполкома было присвоено имя вели­кого русского писателя А.П. Чехова - в память о сороковой го­довщине со дня его смерти.

Еще разительнее стали эти переме­ны в шестидесятые годы прошлого столетия, когда по генераль­ному плану развития города на самом берегу р.Сунжи в июне 1961 года был возведен кинотеатр «Космос» - первый широко­форматный кинотеатр в республике; в 1965 - величественное строение Республиканской библиотеки им. А.П. Чехова; в 1978-м году первый в Чечено-Ингушетии плава­тельный бассейн «Садко». В те же годы в начале главной аллеи парка был установлен памятник А.П. Чехову. И стал этот парк вместе

с ул. им. А.П. Чехова, шумевшей рядом с ним, своеоб­разным «чеховским» уголком нашей столицы, был любимей­шим местом отдыха горожан и гостей столицы.

В ходе первой военной кампании в Чечне до основания были разрушены великолепные строения Республиканской библиотеки им. А.П.Чехова, плава­тельного бассейна «Садко», кинотеатра, уничтожен облицованный цвет­ным гранитом фонтан, снесен памятник А.П. Чехову, а сам парк превращен в огромный пустырь, заросший диким кустарником и бурьяном, изрытый добытчиками конденсата. Сейчас на этом месте возводится Дом приемов руководства Республики и садовый комплекс вокруг него.
По правую сторону улицы Михайловская при движении от берега Сунжи в сторону ул. Им. В.В. Маяковского, через узенькую улочку Шоссейная (Комсо­мольская), стояли монументальные корпуса Грозненского неф­тяного института, которые «обтекали» старинное двухэтажное здание очень скромной, но запоминающейся архитектуры, сохраненное как памятник истории города.

Это было здание первого среднего специального учебного заведения Грозного – реального училища, оставившего заметный след в истории Гроз­ного и Чечни. Вообще-то учебных заведений к этому времени в Грозном было несколько, но все они давали только начальное образование.

Так, первое начальное учебное заведение было открыто в городе еще в 1867 году. Это было женское бесплат­ное училище, состоявшее из подготовительного и первого клас­сов. Содержалось оно, как писала газета «Терские ведомости» (г. Владикавказ) в начале XX века, «на суммы общественные, которые составляются из добровольных взносов благотвори­телей и меценатов».

Позже это училище преобразовали в 1-ю женскую гимназию, для которой было построено специальное здание (старожилы города должны помнить это красивое двух­этажное здание с палисадами в самом начале пр. Революции: в нем до первой чеченской военной кампании располагалась сред­няя школа №1).

В этой гимназии в начале XX века учились мно­гие горянки, ставшие впоследствии известными деятелями че­ченской культуры: первая чеченская писательница Марьям Исаева, первая чеченская журналистка Мариам Саракаева (мать писателя Хамзата Саракаева), первая чеченка-языковед Марьям Чентиева, вошедшая в науку монографией «История Чечено-Ин­гушской письменности» (расстреляна в 2000 году вместе с до­черью в подвале дома, где они прятались от бомбовых ударов).

В 1896 году в Грозном по ул. Интернациональная,, уже известном всему миру своими нефтяными богатствами как «золотое дно», открывается еще одно училище, названное Пушкинским лицеем. Располагалось оно в специально построенном здании очень красивой архи­тектуры. В историю города оно вошло как учебное заведение, в котором учились будущие прославленные герои гражданской войны – командующий

IX и XI-й армиями, грозненец Михаил Карлович Левандовский и будущий руководитель героической обороны города во время Стодневных боев Николай Федоро­вич Гикало.

Кстати, в этом здании в период Стодневных боев находился Центральный совет рабочих и военных депутатов г. Грозный - об этом свидетельствовала мемориальная доска, установленная на здании в 1982 году - в год шестидесятилетия образования СССР. До первой военной кампании в нем располагалась грозненская средняя школа № 13.Сейчас она восстанавливается в том же архитектурном стиле.

Первое же среднее реальное училище было открыто в 1904 году. В течение 8-ми лет у него не было собственного помещения, и оно размещалось в частном доме, арендованном у купца Гехи Мациева. (Дом этот стоял на берегу р. Сунжи по 2-й Барятин­ской улице (ул. им. Ф.Э. Дзержинского). В советские годы в нем находилось Министерство внутренних дел Чечено-Ингу­шетии. Здание полностью разрушено в ходе

1-й и 2-й военных кампаний).

И только летом 1910 года при большом стечении празднично одетых горожан, как свидетельствовал кор­респондент грозненской газеты «Терский край», на углу улиц Михайловская и Александровская был заложен первый камень для строительства собственного здания реального училища.

1 сен­тября 1912 года оно было открыто, и в нем постигали науку уже более двухсот учащихся, хотя учеба их стоила дорого - более семидесяти пяти рублей в год (для сравнения, рабочий в те годы получал всего девять рублей в месяц). Строилось училище по проекту архитектора Павла Шмидта в основном для детей ра­бочих Старопромысловского района, большинство жителей которого проживало по хуторам и поселкам и в котором уже насчитывалось около семисот детей школьного возраста. «Учить их было негде: город находился далеко, доступного транспорта не существовало, - пишет краевед А. Ваксман. - На промыслах, правда, открыли одноклассное училище, но в нем могли учиться не более полусотни человек. Классные комнаты были настолько тесны, что вызываемые к доске ученики должны были пробираться к ней под скамейками, на которых сидели дети». (4)

Открытие училища в городе намного облегчило условия их учебы. Огромный след оставило реальное училище в истории Грозного и Чечни. В нем учились многие люди, ставшие впоследствии широко известными политическими, военными и государственными деятелями, писателями и учеными Чеч­ни: первый руководитель грозненской большевистской орга­низации, первый председатель Грозненского совета рабочих, солдатских и казачьих депутатов Николай Анисимов; легендар­ный трибун и полководец Асланбек Шерипов, павший в бою с белогвардейцами в сентябре 1919 года - в двадцать два года; та­лантливый писатель, основоположник чеченской литературы Сайд Бадуев; первый чеченский ученый-языковед Ахмад Мациев и другие.

Обо всем этом говорили мемориальные доски на стенах учи­лища (с 30-х годов XX в. до 1995 года в здании располагалась Грозненская средняя школа № 2) и памятники, воздвигнутые близ него в семидесятые годы XX века: звездообразная стела с профильным портретом А. Шерипова, барельеф в виде фраг­мента винтовки с горельефным портретом Н. Анисимова...

На заре советской власти в училище, в котором в 1920 году размещался Грозненский городской совет рабочих и крестьян­ских депутатов, не раз выступали перед жителями города и республики видные деятели государства и Чеченской автоном­ной области. Хотя до 1929 года Грозный не входил в состав Чечни, но все государственные органы области располагались в нем.

Так, на Первом съезде Чеченской автономной области (автономия была объявлена в 1922 году.- А.К.), открывшемся в актовом зале реального училища 17 января 1923 года, при­сутствовали и выступали с речами знаменитые герои граждан­ской войны:

К.Е. Ворошилов, С.М. Буденный и Н.Ф. Гикало. В этом же актовом зале реального училища неоднократно звуча­ли голоса выдающихся деятелей Кавказа и Чечни: члена Политбюро ЦК КПСС, Анас­таса Ивановича Микояна; великого чеченского государствен­ного деятеля, избранного в начале XX века депутатом Государ­ственной думы России, первого председателя Революционно­го комитета Чечни и председателя Совета народных комисса­ров ЧАО Таштемира Эльдарханова и других.

Так, исторические хроники свидетельствуют: «Несколько раз в актовом зале (реального училища. - А.К.) звучал голос Анаста­са Ивановича Микояна - секретаря Юго-Восточного бюро ЦК РКП (б) (с пятидесятых годов и до самой смерти - бессменный член Политбюро ЦК ВКП (б), КПСС. А.К.)... Здесь в конце июля 1924 года прошли заседания 1-го съезда Советов Чечни, на кото­ром тоже присутствовал и 29 июня выступал А.И. Микоян.

Газета «Нефтерабочий» 31 июля 1924 года писала: «Харак­терно шумящей толпой делегаты-чеченцы наполняют зал. Мно­го стариков. Более молодые почтительно уступают им места впереди. Блестят при электрическом свете газыри в черкесках, серебро на кинжалах. На трибуне появляются Микоян и Эльдарханов. Почетным председателем избирается Микоян». На съезде было 373 делегата с решающим голосом, из них 25 ком­мунистов и 20 комсомольцев. Съезд обсудил отчет ревкома (его возглавлял тогда

Т. Эльдарханов. - А.К.). Наверное, впервые на своем съезде делегаты так взволнованно говорили о недостат­ках, имеющихся в работе учреждений народного образования и здравоохранения. В решении съезда было намечено открыть в селах школы, больницы, избы-читальни, обратить внимание на подготовку учителей, на развитие пионерского движения. Тем самым I съезд Советов Чечни наметил пути дальнейшего развития молодой Чеченской автономной области». (5)

Не оставались в стороне от исторических (особенно - рево­люционных) событий и воспитанники реального училища, так как оно находилось в самом центре города, а значит, в самой гуще. Сам А. Шерипов именно в годы учебы в нем начинал свою общественную и революционную деятельность и проявил в те юношеские годы зрелость мышления и политическую муд­рость, удивляя сверстников.

Ахмад Мациев, одноклассник А. Шерипова по училищу, впоследствии писал об этом так: «В начале февральской рево­люции (1917 г. - А.К.) учащиеся реального училища собирались по национальным признакам и устраивали летучие митинги. В классах вывешивались лозунги: «Армения - для армян!», «Гру­зия - для грузин!», «Чечня для чеченцев!» и так далее. И вот однажды к нам в класс пришел Асланбек Шерипов и заявил: «До тех пор, пока мы не перестанем кричать «Армения - для армян!», «Чечня - для чеченцев!», у нас не будет ни Армении, ни Чечни. Задача состоит в том, чтобы идти всем вместе, рука об руку» (6). Вот уж поистине история повторяется дважды: снача­ла в форме трагедии, потом - фарса тоже повторяется и сегодня в России.

Продолжая рассказ о реальном училище (на основе данных рукописных фондов Национального музея Чеченской Респуб­лики. - А.К.), надо сказать еще об одном.

Сразу же после победы Советской власти в г. Грозном, Чеч­не и на Кавказе началось восстановление города, которому Гражданская война, белоказаки и деникинщина оставили тя­желое наследство. «Грозный лежал в развалинах. Двадцать процентов всего жилья было разрушено. Но особенно постра­дали промыслы: из 358 скважин остались годными к эксплуата­ции всего 20. Добыча нефти со 109 млн пудов упала до

38 млн. Полтора года горели нефтяные фонтаны на Но­вых промыслах.(7) Правда, есть и другая цифра, которая гла­сит, что на этот момент (1920 г. - А.К.) из 831 скважины при­годными к эксплуатации, оставалось 80, а из 6 нефтеперегон­ных заводов не работал ни один. Покидая Грозный, владельцы промыслов и заводов уничтожили или увезли с собой всю геологическую и технологическую документацию». (8)

Восстановление шло очень трудно: хотя рабочих рук было достаточно, ощущалась острая нужда в квалифицированных специалистах-нефтяниках. И тому были причины: из-за «отто­ка иностранных специалистов численность профессиона­лов-нефтяников в этот период (1920 год. - А.К.) существенно сократилась, что не могло не сказаться на развитии всего про­изводства. Если в 1917 году на промыслах и заводах Грозного работало 250 инженеров и техников, то к началу 1920 года осталось только несколько десятков». (9)

Все это диктовало необходимость срочного создания в г. Гроз­ном нефтяного учебного заведения. И оно было открыто: «1 ав­густа 1920 года в помещении реального училища начал свой первый учебный год Грозненский нефтяной техникум. Снача­ла было создано электротехническое отделение (единствен­ное.- А.К.), позже - счетоводно-экономическое и горно-неф­тяное отделения в Грозном и на промыслах. Через месяц откры­лись строительное и механическое отделения в Грозном и хи­мическое - на заводах».(10) Были еще и высшие отделения (в первый год на них обучалось 87 человек), и средние (178 че­ловек). Учились они вечерами, потому что днем все работали или на заводах, или на промыслах.

Несколько раз менялось название учебного заведения: то оно называлось техникумом, то нефтяным педагогическим инсти­тутом, то снова техникумом, пока «Горский комитет професси­онально-технического образования не нашел возможным удов­летворить ходатайство о его переименовании в «Нефтяной практический институт». 19 июня 1922 года на заседании Пре­зидиума Коллегии Главпрофобра было принято решение о пре­образовании Грозненского нефтяного техникума в Нефтяной практический институт...». (11) Обучалось в нем тогда 228 че­ловек. Институт быстро рос и расширялся, увеличивалось число студентов. Ему уже становилось тесно в реальном училище.

И поэтому в 1924 году Всесоюзный Совет Народного хозяйства (ВСНХ) отпустил институту деньги на строительство трех­этажного учебно-лабораторного корпуса. В газете «Грозненский рабочий» ( тогда она еще называлась «Нефтерабочий». - А.К.) от 9 июня 1927 года сообщалось: «Насколько это большая стройка, ясно показывают следующие цифры: высота фасада вместе с куполом - 20, 65 м., кубатура здания - 30000 м3, кирпича - 1500000 штук, рабочих будет ежедневно до 200 че­ловек, пока же работает только 68».

В 1929 году здание было сдано в эксплуатацию, а в 1931 году вступило в единое целое (12).

В 1922 году при нефтяном институте открылся знаменитый Рабочий факультет (рабфак), который первыми окончили буду­щие ударники и стахановцы грозненской нефтедобычи и неф­тепереработки: чеченцы Баудин Осмаев, Махмуд Мурдаев, Нажа Ампукаев и другие - их уже было много в тридцатые-сороковые годы XX века. В нем же учились и многие будущие чечен­ские государственные деятели и писатели: Ризван Хаджиев, Магомед Мусаев, Арби Мамакаев и другие. К счастью, я мно­гих из них знал и о многих из них писал очерки и делал телепе­редачи.

В годы Великой Отечественной войны, как и во всех школах Грозного (который

в 1942 году в связи с приближением фронта был объявлен на осадном положении),

в СШ № 2 разместился госпиталь, где лечились раненные бойцы Красной Аамии, по­правляли свое здоровье, а ученики выступали перед ними с концертами и помогали медицинскому персоналу. Трель ликального звонка в ней раздалась только в 1943 году, и детские голо­са не смолкали в школе до самой первой военной кампании в Чечне, во время которого это историческое строение вместе со зданием Грозненского нефтяного института было полностью стерто с лица земли. Ныне на этом месте восстанавливается студенческий городок Грозненского государственного нефтяного университета.

Я же помню это здание шумным, веселым и красивым. Мне не раз доводилось выступать там перед учениками и их педа­гогами вместе с другими писателями республики. И помню, как все мы волновались, переступая порог школы, и как торжест­венно звучало каждое выступление: ведь наши стихи и рассказы читались в стенах, которые помнили голоса многих выдающихся людей Чечни: политика Т. Эльдерханова, революционе­ров Н. Анисимова и А. Шерипова, писателя С. Бадуева, языко­веда-ученого А. Мациева...

Через неширокий проспект им. Орджоникидзе, который как река в озеро вливался в одноименную площадь, стояло исто­рическое, хотя в сравнении с другими и относительно моло­дое, скромной архитектуры здание Русского драматического театра им. М.Ю. Лермонтова...

История появления этого зда­ния уводит нас в 1926 год. «В связи с крупной реконструкцией нефтяной промышленности Чеченской автономной области и ростом добычи нефти стало быстро увеличиваться население г. Грозный. Если в 1920 году в городе проживало около 45 тыс. чел., то к началу 1925 года эта цифра достигла 69 тыс. Сразу же возникла нехватка учреждений культурного назначения в г.Гроз­ный». По этой причине на углу ул. им. Красных фронтовиков и пр. им. Орджоникидзе и началось строительство комплекса по проекту архитектора А. Ларионова, который соединил в одном здании школу, кинотеатр и зал съездов. Строился он на основе заложенного на

ул. Михайловская еще в 1914 году фундамента (частично и стен) бывшего «доходного дома» грозненского неф­тепромышленника А. Схиртладзе. Но предложенное сочетание уже не могло полностью удовлетворить культурные запросы горожан. Поэтому решено было школу и кинотеатр построить в другом месте, а здание реконструировать под городской ки­нотеатр. За строительство его взялся мощный трест «Грознефть». Самым трудным при перепланировке оказался вопрос акусти­ки зрительного зала. Решили его поручить автору проекта А. Ла­рионову. После долгих и сложных расчетов он нашел простой выход: полые карнизы заполнил древесным углем, специально завезенным из Белоруссии, и скрепил его гипсовым раство­ром.

1928 году в этом здании открылся первый в истории Гроз­ного профессиональный городской театр, который в 1937 году стал Республиканским русским драматическим, а в 1941 году - в память о столетии со дня смерти великого поэта - ему было присвоено имя М.Ю. Лермонтова.

Газета «Грозненский рабочий» 12 января 1929 года писала, что на сцене первого городского театра осуществлена первая постановка пьесы драматурга В. Ромашова «Конец Криворымска», премьера которой имела огромный успех. Спектакль идет всегда при переполненном зале».

...Я много раз бывал в этом театре, восторгался игрой пре­красных артистов:

В. Слуцкой, Н. Надеждиной, Е. Хавричева, В. Белоглазова и многих других. Театр

им. Лермонтова, неброс­кий внешне, был нарядным и уютным внутри: просторное свет­лое фойе, чудесный зрительный зал, красные мягкие кресла ко­торого создавали какую-то домашнюю, семейную обстановку. Многоступенчатый вход был со стороны ул. Красных фронто­виков. С волнением и трепетом поднимался я каждый раз по ступенькам в волшебный мир высокого искусства...

Театр в этом здании находился до 4 ноября 1977 года - пока не перешел в величественное современное здание Театраль­ного концертного зала. А в старом здании с 1977 до 1997 года (год полного уничтожения здания) находилась Чечено-Ингуш­ская государственная филармония, в которой часто выступали лучшие артисты бывшего Советского Союза!

Только неширокими воротами от здания театра отделялось другое историческое здание постройки 30-х годов XX века, на первом этаже которого размещался до 90-х годов знаменитый Дом народного творчества..

Памятно было это здание и тем, что в нем жили выдающиеся деятели культуры и искусства Чечни - Герой Социали­стического Труда, народный артист СССР М. Эсамбаев, писа­тель-драматург А-Х. Хамидов, автор знаменитой пъесы «Бож-Али», и другие.

Но увековечить их па­мять на мемориальной доске так и не успели, потому что в ходе первой военной кампании дом был разрушен, а затем разобран на кирпич. Сейчас на этом месте возводится оригинальное полукруглой архитектуры здание.

Далее, через узенькую улочку Красноармейскую, (на углу улиц Красноармейская и Михайловская) находился непритязательный домик, в котором в 1890-1895-х годах жил и работал известный ученый-химик В. Харичков, о чем изве­щала скромная мемориальная доска, установленная на нем. Надо сказать, в конце XIX века г. Грозный стал городом, притяга­тельным для научных работников, промышленников, людей искусства и крупнейшим добытчиком нефти. Об этом так пи­сал в книге «Весь Грозный и его окрестности» Д. Приволжский в 1914 году: «На нефть старались обратить внимание предпри­нимателей и ученых. Начинается серьезное изучение грознен­ской нефти: ее запасов, качества, методов переработки. За это взялся ряд крупных ученых, в том числе великий русский хи­мик Д. Менделеев, В. Харичков и другие химики. Их труды сыграли немаловажную роль в судьбе нашего города». (13) Ни одно из этих исторических зданий не сохранилось, после двух военных кампаний нет ни одной мемориальной доски. Потому, что с лица города исчезли целые улицы. На их месте, как я писал в одном из своих стихотворений «Расстрелянные улицы» (пе­ревод с чеченского. - А.К.):


«Бурьян. Кусты. Руины. Лужицы.

Безлюдье. Ужас тишины:

Войной расстрелянные улицы

Сегодня жизни лишены...

От боли, от беды сутулится

Мой город в яви и во сне –

Его расстрелянные улицы,

Словно проклятие войне...

Пустырь. Руины. Мусор. Лужицы.

Бурьян глухой. Собачьи сны:

Мертвы расстрелянные улицы –

Немые символы войны!»


Много было памятных мест и по левую сторону ул. Михай­ловская (при движении от реки Сунжа в сторону бывшего во­енного городка, где сейчас шумит торговый центр «Сабита»). Прежде всего, это тенистый уютный сквер - с огромным фон­таном на берегу Сунжи и небольшим детским городком около него, - разбитый на том месте, где в 50-60-е годы XIX века располагалась первая в истории Грозного ярмарка. В 1941 году в память о столетии со дня гибели М.Ю. Лермонтова скверу было присвоено имя великого поэта, а в 1983 году рядом с ним поднялся величественный новый корпус Грозненского нефтя­ного института, который был издалека похож на изящный бе­лоснежный лайнер, плывущий, по зеленому морю.

Дальше - через улицу Комсомольская - шумел листвой и зве­нел струями фонтан «Золотые рыбки» (Комсомольский сквер) - любимое место детских игр. Сквер памятен и тем, что тут рас­полагался мемориал - братская могила видных представите­лей советской власти в Чечне.

На углу проспекта им. Орджоникидзе и ул. Красных фронтовиков стояло (да и сейчас стоит в перестроенном виде), полуразрушенное в ходе двух военных кампаний, здание бывшего Общественного собра­ния Грозного. Правда, сейчас мало что осталось от его перво­начального облика.

И вот что мы узнаем о нем, воскрешая историю улиц Гроз­ного. В 80-х годах XIX века в захолустном, тонущем в грязи Грозном, в котором и проживало-то всего около пяти тысяч человек, не было ни театра, ни библиотек, ни других учрежде­ний культуры, даже газеты и журналы поступали в город от случая к случаю.

Такое положение было нетерпимо, и в 1876 году любители театрального искусства Грозного впервые образовали свое общество. Десять наиболее активных его членов-энту­зиастов взяли в банке заем и построили театральное здание на углу городского сада, который находился тогда в пределах улиц Дундуковская (пр. Революции), Шоссейная

(ул. Комсомоль­ская), Ермоловская (ул. им. Чернышевского) и Михайловская

(ул. им. Красных фронтовиков).

В «Сборнике сведений о Терском крае» в 1878 году отмеча­лось: «В Грозном для помещения Общественного собрания (клу­ба) недавно выстроено особое, красивое здание с театром и зрительным залом на триста мест, в котором даются любитель­ские спектакли». (14) Журналист, восхищенный очевидец это­го события, писал в газете «Терские ведомости» в 1878 году, что театр - «это небольшое, но очень удобное и веселенькое каменное здание, включающее в себя большой зал с хорами и сценой, гардеробные, буфет и прочее. На занавесе - панорама Грозного. Его расписал местный художник-любитель

М. Соко­лов. В театре ставятся любительские спектакли. Собранные деньги идут на погашение ссуды...». (15)

В 80-х годах XIX века здание полностью перешло в собствен­ность Общественного собрания города. В те годы, как пишет краевед А. Ваксман, «это было единственное место, где гроз­ненская интеллигенция могла проводить зимние вечера. По воскресным дням здесь давались любительские спектакли и концерты, а в большие праздники устраивались танцы под ду­ховой оркестр. Приезжали из других городов гастролирующие артисты. Особым успехом пользовались гастроли Бакинской оперетты» (16).

Грянули революции: в начале 1917 года - буржуазно-демо­кратическая, позже - Октябрьская социалистическая. В здании Общественного собрания проходили митинги и собрания, конференции и съезды. А в начале 1918 года в нем состоялось первое заседание Грозненского совета рабочих, солдатских и казачьих депутатов, председателем, которого был избран Н. Анисимов. Здесь неоднократно выступали известные революционеры-большевики: один из двадцати шести бакинских комис­саров, уроженец Грозного

И. Малыгин, председатель Централь­ного революционного совета- высшего органа Советской влас­ти в городе - Н. Гикало и другие.

Здание это знаменито еще и тем, что в нем с 11 по 29 мая 1918 года проходил 111 съезд народов Терека, на котором впервые присутствовала чеченская делегация во главе с леген­дарным национальным героем чеченского народа Асланбеком Шериповым. На съезде по несколько раз выступали предсе­датели Терской советской республики

С.Г. (Ной) Буачидзе, Я.И. Бутырин и другие (их имена сегодня и носят улицы Гроз­ного. А.К.). На этом съезде в одном из выступлений А. Шерипова и прозвучали знаменитые слова: «Знайте же, товари­щи и граждане, что мы вместе со всеми пойдем защищать сво­боду. Мы, чеченцы, вам покажем, как умеем воевать и поги­бать за нее. И в нас вы не найдете мюридов газавата, а увидите мюридов революции!» (17). На этом съезде Асланбек Шерипов был избран председателем Чрезвычайной земельной ко­миссии, сохранив и должность комиссара по национальным вопросам Терской советской республики.

Сильно пострадавшее в гражданскую войну, здание Общест­венного собрания было восстановлено в 1920 году силами 1-го инженерного полка Кавказской трудовой армии. Но на со­держание его денег не было, и решением Грозненского гориспол­кома здание отдали Союзу строителей под рабочий клуб, кото­рый проработал в нем до июня 1936 года. А 18 июня 1936 года грозненский горсовет, отметив в своем постановлении «край­не слабую работу для детей в части создания для них условий в организации здорового культурного отдыха во внешкольное вре­мя», решил «передать помещение клуба строителей с приле­гающим к нему городским садом ГОРОНО для организа­ции в

г. Грозный Дворца пионеров и школьников». (18) Зда­ние несколько раз перестраивалось, расширялось, но неиз­менно оставалось во власти детей. С 1991 года оно стало называться Домом детского творчества. А ныне ввосстановленом: надстроенном и расширенном здании располагается мэрия г. Грозного.

Говоря о красивом, оригинальной и броской архитектуре здании (располагавшемся до первой чеченской войны на углу улиц им. Красных фронтовиков и им. Полежаева), так назы­ваемом «доме Нахимова», а в последние годы - Облсовпрофе, надо добавить к ранее написанному о нем еще один штрих.

В просторном его холле на втором этаже снимались эпизоды художественного фильма «Приходи свободным», посвященно­го жизни и деятельности легендарного революционера, поли­тика и полководца А. Шерипова. Это были эпизоды заседаний Грозненского Совета рабочих и солдатских депутатов, на кото­рых много раз присутствовал и выступал с речами Асланбек Джемалдинович.

Впритык к этому особняку стоял малоприметный одноэтаж­ный домик (ул.

им. Красных фронтовиков, 17) с характерным для старинных построек деревянным козырьком над крыльцом. Дом этот был первым строением, возведенным вне стен кре­пости Грозная. Он служил людям до последнего времени, пока не был уничтожен в первую чеченскую войну. В начале 90-х го­дов прошлого века в нем жила первый диктор Чечено-Ингушско­го телевидения, всеми любимая Лидия Яндиева.

Необычна и любопытна история этого дома, о котором краевед А. Ваксман писал, что «не всякий город в России со­хранил до настоящего времени первый построенный в нем дом, а в Грозном такой дом не только сохранился, но и продолжает эксплуатироваться».

В нем находятся квартиры рабочих. (19) Построен он был в 1819 году, когда всего полгода спустя после закладки крепости Грозная ее обитатели занялись благоустрой­ством территории вокруг нее: солдатские казармы в землянках заменялись бревенчатыми домами, на берегу же р. Сунжи рас­чистили широкую площадь под плац на форштадте.

«В морозную ночь 29 января 1819 года, - писал архитек­тор-краевед А. Ваксман, ведущий рубрики «Мост из прошлого», в газете «Грозненский рабочий»; в 80-90-е годы XX века. По приказу командующего левым флангом Кавказской линии А.П. Ермолова из крепости Грозная вышел отряд пехоты под командованием ее коменданта полковника

И. Грекова, подкрепленный артиллерией. Войдя в вековой лес Ханкальского ущелья, выставив охрану, отряд приступил к рубке леса. Вы­рубалась широкая в триста метров просека, в середине которой прокладывалась дорога. Это так хорошо описано в повести Л.Н. Толстого «Рубка леса». (20)

Лучшая древесина этой вырубки — бревна бука и липы - по снегу и льду замерзшей Сунжи волоком подтаскивались на кре­постной плац для предстоящего строительства. Вскоре из них был заложен первый в городе дом, и работа закипела. Строил­ся он в метрах 250 от крепостного вала и в тридцати шагах от землянки, в которой проживал

А.П. Ермолов. Не все наверняка знают, что на месте этой землянки еще до Октябрьской рево­люции 1917 года был установлен бюст А.П. Ермолова, в 20-х го­дах снесен, а в 40-х, когда чеченцы были депортированы, на этом месте был сооружен мемориальный комплекс с огромным черным бюстом А.П. Ермолова, возвышающимся над фасад­ной стеной с четырьмя мраморными плитами и железной двер­цей. И вот какими были надписи на плитах. На первой: «Здесь была землянка, в которой жил основатель крепости Грозная А.П. Ермолов». На второй: «Никогда неразлучно со мной чув­ство, что я - россиянин. А.П. Ермолов». На третьей: «Патри­от, высокая, истинно русская душа, дела и мысли чисто госу­дарственные. Грибоедов о Ермолове». И, наконец, на четвер­той: «Народа сего подлее и коварнее нет под луной. Ермолов о чеченцах». Последняя плита была убрана только в начале 1958 года. Приехав в Грозный в августе 1957 года, я еще зас­тал ее и впервые понял, как этот душегуб ненавидел мой на­род... Комплекс несколько раз взрывали, обвиняли и сажали студентов, пока в годы перестройки не уничтожили совсем и не открыли на этом месте шашлычную.

В конце 1820 года солдаты Куринского егерского полка за­кончили строительство дома, предназначенного для размеще­ния служб коменданта крепости Грозная. Фасадом он выходил на северно-западную сторону, и вокруг него было пустынно: улица Михайловская начала формироваться только десятки лет спустя. В доме были размещены кабинеты Ермолова и Грекова с единой приемной. Были в нем и столовая, и несколько не­больших комнат, которые служили гостиничными номерами для высокопоставленных лиц, прибывавших время от времени в крепость или останавливавшихся на отдых по пути следова­ния в Грузию, Персию, Армению и т.д. Дом в эти дни стано­вился для них и резиденцией. Была в нем еще одна большая и светлая комната, служившая общежитием для «не особо высокопоставленных лиц». Пол ее был покрыт персидским ковром, на него и стелили постель для приезжих.

В истории Грозного Дом коменданта крепости широко из­вестен и тем, что в его общежитии некоторое время жил и ра­ботал над своей бессмертной комедией «Горе от ума» Александр Сергеевич Грибоедов. Приехал он в крепость в конце 1825 года в распоряжение А.П. Ермолова как чиновник-дипломат и ра­ботал секретарем генерала.

Но А.С. Грибоедов не ограничива­ется исполнением обязанностей секретаря. Он много разъез­жает по Кавказу, изучает местные обычаи и традиции, знако­мится с культурой и фольклором горцев. У него появляются среди них друзья и знакомые. «Драматург продолжал работу над комедией «Горе от ума», и можно с уверенностью сказать, - пи­шет краевед А. Ваксман, - что строфы из нее не раз звучали в общежитии Дома коменданта». (21)

Великий В.Г.Белинский писал о Кавказском периоде жизни А.С. Грибоедова и отражении его в творчестве поэта: «Дикая и величественная природа этой страны (Чечни. А.К.), кипучая жизнь и суровая поэзия ее сынов вдохновили его (А.С. Грибо­едова. -А.К.) оскорбленное человеческое чувство на изображе­ние апатичного, ничтожного круга Фамусовых, Скалозубовых, Загорецких, Хлестаковых, Тугоуховских, Репетиловых, Молчалиных - этих карикатур на природу человеческую...». (22)

«На вопрос, где странствовал Чацкий, мы теперь с уверен­ностью можем ответить: не только по Европе, но и на Кавказе, - пишет А. Казаков. - Об этом свидетельствуют, в частности, следующие строки монолога героя, опущенные в поздней ре­дакции (пьесы «Горе от ума».- А.К.):
...Я был в краях,

Где с гор верхов ком снега

ветер скатит,

Вдруг глыба этот снег

в паденье все охватит,

С собой влечет, дробит,

стирает камни в прах,

Гул, рокот, гром,

вся в ужасе окрестность. (23)
А друг А.С. Грибоедова поэт-декабрист В. Кюхельбекер, ко­торый, кстати, и сам не раз бывал в крепости Грозная, писал, что не мог Грибоедов не отправить любимого героя своего странствовать чуда, где сам «посреди людей более близких к природе, чуждых европейского жеманства, чувствовал себя счастливым. Благодаря впечатлениям, полученным на Восто­ке, особенно на Кавказе, поэт зорче разглядел деспотическую природу крепостной России». (24)

Многое успел проделать А. Грибоедов за месяц с неболь­шим пребывания в крепости Грозная, пока в конце января 1826 года не был распоряжением царя именно здесь аресто­ван по обвинению в причастности к делу декабристов. Аресто­вал поэта фельдъегерь, специально приехавший из Петер­бурга, куда и был отвезен Александр Сергеевич. Провожала поэта группа офицеров...

Комендантский дом прожил долгую жизнь. Уже в советское время, в 1928 году, обветшавший, он был перепланирован и реконструирован (деревянные стены обложены кирпичом, пе­ренесена дверь и т.д.) и верно служил людям, пока не был пол­ностью разобран после первой военной кампании.

На бывшей Михайловской улице стояло еще одно здание ти­пичной советской архитектуры 50-х годов прошлого столетия с широкой площадкой перед входом - бывший Дом полити­ческого просвещения Чечено-Ингушского обкома КПСС, а с на­чала 90-х годов - Исламский университет аль Насухи. Ныне на этом месте новое здание Управления федеральной налоговой службы по ЧР.

Историки установили, что на этом месте ранее находилось здание Клуба офицерского собрания крепости Грозная. По­строено оно было в 1823 году на окраине площади, спланиро­ванной после вырубки леса на западной стороне крепостного вала. Строили его из дерева солдаты того же Куринского пол­ка. Было здание одноэтажным. В клубе размещались буфет, ком­ната отдыха, библиотека с большим читальным залом, в кото­ром проводились занятия по военному делу и собрания.

Здание было огорожено высоким каменным забором с ам­бразурами, в которых пушки стояли всегда наготове на случай нападения: вокруг ведь был пустырь и густой лес всякое мож­но было ожидать. Но все же теперь офицеры могли собраться вместе после службы для общения, просвещения и совместно­го досуга, чтобы как-то скрасить свою гарнизонную жизнь. Известный историк, бывший в сороковых-пятидесятых годах директором Республиканского краеведческого музея (впослед­ствии - собкор газеты «Известия») Н. Штанько писал: «Обма­нувшись в надеждах на легкую и быструю военную карьеру, не умея занять себя полезным делом, такие вот Мартыновы (офи­цер, убийца М.Ю. Лермонтова, часто бывавший в крепости Грозная. - А.К.), живя в крепости, устраивали кутежи, просижи­вали ночи за азартной карточной игрой. И это даже поощря­лось начальством». (25) Поощрялось потому, что вечно пьяный офицер и в бой шел без оглядки и заботы о себе требовал не­большой.

А неизвестный журналист, скрывшийся под псевдонимом «Казбек», писал: «Чем можно было заняться в отряде в сороковых годах (XIX век. - А.К.) в Грозной в минуты отдыха, когда не было ни театров, ни клубов, ни библиотек, ни даже газет? При этой обстановке, если уж нужно было отгонять тоску-кручину, то лучше вместе, громко и на славу. Таково было мнение Фрейтага» (Командующий в те годы левым флангом Кавказской ли­нии. А.К.). Отсюда «приличный кутеж в кругу лихих песенни­ков не только не был пороком, но составлял необходимую по­требность». (26)

Унылая, бесперспективная и загульная жизнь офицеров кре­пости Грозная приводила не однажды к тому, что приходилось издавать грозные циркуляры типа: прапорщик Лисовский был найден «в форштадтской чихирне в совершенно нетрезвом виде». Прапорщик Попов «заложил арестованному чеченцу помпон и тулью своего кивера за двадцать копеек...». Далее -приказ, который строго-настрого запрещает всем грозненским торговцам и офицерам давать взаймы денег и товары «офице­рам Давыдову и Туманову». (27).

Для оздоровления беспросветной жизни и пьяного досуга служак крепости Грозная и был построен в 1823 году впервые Клуб офицерского собрания Куринского егерского пехотного полка.

Много внимания работе Клуба уделял генерал Н.Н. Муравь­ев - двоюродный брат казненного декабриста С.Н. Муравье­ва-Апостола, многие годы служивший на Кавказе, в том числе и в крепости Грозная. Ему было, как он писал в своем дневнике, «больно созерцать, как боевые офицеры «пухнут» от скуки и пьянства». Николай Николаевич создает при клубе шахматный, литературный и музыкальный кружки, читает офицерам инте­ресные лекции». (28)

Большое участие в работе Клуба и его кружков принимали сосланные на Кавказ и служившие на линии, в частности, в крепости Грозная и Чечне поэт А. Одоевский, офицеры-де­кабристы Н. Лорер, В. Лихарев, Б. Бодиско и другие. В дни пер­вой (1837 г.) и второй (1840 г.) ссылок на Кавказ в этом Клубе офицерского собрания часто бывал и читал сослуживцам свои сочинения великий поэт Михаил Юрьевич Лермонтов.

Корреспондент петербургской «Иллюстрированной газеты» в своих «путевых заметках по Кавказу» в 1867 году писал: «В крепо­сти Грозная, на форштадте, имеются Горская школа, опрятная и удобная баня, клуб и гостиница. И кажется современной зем­лянкой Ермолова здание клуба, правда, ветхое. Когда-нибудь оно накроет все релизы, лото и задавит публику». (29)

Но журналист ошибся: это здание просуществовало еще око­ло ста лет. В советское время с 1921 года в нем размещался ра­бочий клуб союза металлистов завода «Красный молот». В сен­тябре 1927 года в нем проходила «встреча комсомольцев и мо­лодых рабочих завода с приехавшим в наш город членом пре­зидиума исполкома Коммунистического интернационала мо­лодежи (КИМ) Антонио Мартини из Италии». А в сентябре 1929 года в клубе выступал вторично посетивший Грозный пи­сатель А.С. Серафимович. (30)

Сопровождал его в поездке чеченский писатель, широко известный в то время

С. Бадуев.

В 1953 году в связи с новой застройкой ул. им. Красных фронтовиков и ввиду ветхого состояния здание Клуба офи­церского собрания было разобрано, и на этом месте более де­сяти лет была площадь, пока в 1965 году не построили на ней фундаментальный Дом политического просвещения и пяти­этажное жилое здание объединения «Грознефть»

с памятными для грозненских старожилов детским садом «Сказка», магази­ном женской одежды «Радуга» и уютным кафе «Дружба». Весь этот квартал был разрушен в ходе военных кампаний. Сейчас на этом месте воздвигнуты высотные здания.

Напротив, через улицу Тенгинская* (ул. Мира) стоял внуши­тельных размеров почти на

целый квартал с большим ухоженным двором жилой комплекс хорошо известный горожанам и гостям Грозного как гостиница объединения «Грознефть».

С этим зданием было связано тоже немало памятных в жиз­ни города событий. Построенное в 1932 году, оно было одним из самых крупных в г.Грозном. Жили в нем, в основном, семьи руководителей и рабочих «Грознефти», в их числе - и старей­ший буровой мастер Я. Мальцев, первым из грозненских неф­тяников получивший звание Героя Социалистического Труда, только что учрежденное в СССР (1933 год).

В гостинице же «Грознефть» в дни своего приезда в Чечню останавливался выдающийся революционер, бывший чрезвычайный комиссар Юга России в годы гражданской войны, народный комиссар тяжелой промышленности СССР Георгий (Серго) Константи­нович Орджоникидзе. В Чечне с его именем связано многое: установление советской власти и участие в знаменитых Сто­дневных боях в столице; глубокое освоение Грозненского и Малгобекского нефтяных районов. Так, в сентябре 1933 года в свой очередной приезд в наш город Г.К. Орджоникидзе подробно ознакомился с положением дел, правильно оценил значение и возможности Грозненско-малгобекского месторождения нефти, поддержал инициативу грозненских специалистов об освое­нии глубокого и сверхглубокого бурения что придал нефтедобыче в нашем крае широчайший размах.

Итогом этой работы Наркомтяжпрома СССР стало совеща­ние передовых рабочих и руководителей промыслов и «Гроз­нефти», проведенное 26 сентября 1933 года именно в гостини­це «Грознефть». На совещании Г.К. Орджоникидзе выступил с программной речью по дальнейшему развитию грозненского нефтяного района, раскритиковал теорию о «затухании» его и дал конкретные советы по улучшению бурения, добычи (осо­бенно - в Малгобекском районе) и переработки нефти. Благо­даря такому вниманию и заботе наркома за годы 1-й и 2-й пя­тилеток Грозный превратился в крупнейший центр нефтяной индустрии не только на Северном Кавказе, но и во всем бывшем Советском Союзе.

В память об этом историческом для Гроз­ного событии на фасаде здания в 1983 году (в честь 50-ия совещания) была установлена мемориальная доска с над­писью: «В этом доме 16 сентября 1933 года перед передовиками «Грознефти» выступал народный комиссар тяжелой промыш­ленности СССР Г.К. Орджоникидзе».

_____________________________________________________________________________



1 Тенгинскою улица была названа в честь Тенгинского полка, который в одно время дислоцировался в крепости Грозная и в котором служил М.Ю. Лермонтов.
Неширокая тенистая улица имени И. Репина отделяла от это­го исторического здания другое строение - хорошо известный во всей бывшей Советской стране проектный институт «Гипрогрознефть», построенный по проекту архитектора Л. Дедкова, и занимавший почти целый квартал. Создан был институт в 1920 году. Вначале это было неболь­шое проектное бюро со штатом всего тринадцать человек. В таком виде оно, естественно, не могло удовлетворить требова­ния в проектировании и строительстве бурно развивающейся нефтяной и перерабатывающей промышленности республики. Поэтому уже в 1926 году бюро было преобразовано в проект­ный институт «Гипрогрознефть».

«За короткий срок в сорок пять лет (1971 г.) большой трудовой путь прошел институт - от про­ектирования примитивных кубовых газолиновых батарей до современных мощных технологических установок и нефтепе­рерабатывающих заводов. Достаточно сказать, что почти все предприятия нефтепереработки Грозного построены по про­ектам «Гипрогрознефти».

И не только Грозного. По проектам, родившимся в стенах ордена «Знак почета» проектного института и разработанным в содружестве с другими проектными организациями, были возведены такие гиганты нефтеперерабатывающей промыш­ленности СССР, как Мозырский завод в Белоруссии и Павло­дарский в Казахстане, вдвое увеличена мощность Кременчуг­ского нефтеперерабатывающего завода на Украине. По проек­там института были разработаны и созданы первые в мире комплексы, производящие жидкие парафины, - важнейшее сырье для получения белково-витаминных концентратов. Они были построены в городах: Куйбышев, Кириши (Ленинградская область), Мозырь (Белоруссия), Сызрань, Уфа, Волгоград, Са­ратов и т.д.

В 80-90-е годы XX века проектный институт и его разра­ботки были широко известны и востребованы в нефтяных районах не только Советского Союза, но и далеко за его преде­лами. Первые нефтеперерабатывающие заводы и установки по проектам «Гипрогрознефти» были построены уже в середине 50-х годов прошлого столетия, как писал А. Вайсман в книге «Растет наш Грозный» (1957 г.), в Румынской Народной Респуб­лике, Китайской Народной Республике, Чехословакии и других странах. (31).

Росла популярность смелых проектов института, и по ним грозненские специалисты строили мощные нефтеперерабаты­вающие и жилые комплексы в Иране, Сирии, Ираке, Ливии, Саудовской Аравии и других нефтяных странах, которые пред­почитали наши разработки американским.

Кроме проектов нефтеперерабатывающих комплексов, мно­гие из которых были помечены грифом «впервые», институт составлял также проектно-сметную документацию и проекты по строительству жилых домов, реконструкции и благоустрой­ству Грозного. Именно в нем были созданы проектные доку­менты по увеличению воды в Сунже (обводнению) за счет реки Аргун - в связи с необходимостью обеспечения потребности в воде промышленных мощностей Грозного. (32)

На счету и в планах проектировщиков знаменитого инсти­тута было множество и других прекрасных задумок и планов. Но все рухнуло в водовороте революций, суверенитетов 90-х го­дов XX века и потонуло в сегодняшнем хаосе.

В здании института «Гипрогрознефть» в 1995-1996 годы - до печально известных августовских событий, располагалось возрож­денное Правительство Чеченской республики. Сейчас на его месте двенадцатиэтажный современный жилой дом.


1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17