Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


60 лет алтайской краевой писательской организации




страница6/8
Дата10.01.2017
Размер2.09 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8
ОЛЕГ КЛИЧАНИН    Итак, о себе. Родился на Амуре, в г.Благовещенске 4 января 1955года. В школе учился там же. Жизнь получилась сложной и трудной. На девятом году потерял отца (погиб на границе). На руках мамы нас осталось трое - два брата и младшая сестренка. Мизерное пособие за отца заставило маму идти на работу. А чтобы хоть какой-то пригляд был за нами, нас определили в интернаты (почему-то разные). Так и выросли - инкубаторскими, т.е. не знающими родного угла.   После школы - служба в армии в Сибири. Здесь и осел. Работал монтажником на стройках в шахтерском городке Березовский. Попробовал поступить в Университет. Поступил на филфак, русский язык и литература(заочно). После третьего курса пришло время специализации, повезло. Сначала корреспондент многотиражки на комбинате шелковых тканей (был такой), спустя девять месяцев (эмбриональный период) пригласили на областное телевидение. Выпускал строительные передачи, потом перешел в редакцию информации (программа ПУЛЬС). С победой вертикальных неудобную популярную программу разогнали под благовидным предлогом: сокращение бюджетного финансирования. Восьмой год работаю в охране (ЧОП). Родился я в январский день четвертый, Когда снега, как сахар перетертый, Меж Рождеством и новогодним хмелем, Когда уже не маешься похмельем, А счет ведешь оставшимся рублям, Чтоб был баланс хотя бы по нулям, Чтоб дотянуть до выдачи зарплаты... В такой вот день родился я когда-то. Я не от рода пессимист. Прожив порядочно и разно, Не верю даже в чистый лист, Коль пуст, то пуст он не напрасно. На нем появятся слова С угрозой или пожеланьем, Заявит кто-нибудь права Над неостывшим завещаньем, А, может, кто-нибудь сомнет Листок и пустит на растопку, Иль, может, голубем в полет Отправит белую листовку. Поймите, это я к тому, Что бескорыстья нет в природе, И то, что нужно одному, Потребность вызовет в народе. И будут зависть, и азарт, Все захотят - чего, не зная, Коль одному сегодня фарт, Другой, от зависти сгорая, Подстроит пакостей комплект, Мол, вот тебе, держи гостинец За непомерный интеллект, За то, что ты такой счастливец. А был когда-то белый лист, Не тронутый корыстью слова, Я не от роду пессимист, Ведь белый лист - моя основа.      03 июля 2009 г. У речки Томь души томленье, Чего-то хочется душе, И нет такого объясненья, Чтоб успокоиться уже. То ль от воды, ее потока, Набравшем силу от дождей, Сумбур, сумятица, морока Творится в голове моей. И весь я - маленький, тщедушный - На берегу бегущих вод, Кажусь ничтожеством наружно, И оттого во мне разброд.          30 июня 20 09 г. Теперь и авторучка - раритет, Не говоря о перышках гусиных: Очаровал планету Интернет, Упеленал незримой паутиной. И даже бестелесный Купидон Со стрелами своими в затрудненье: В кого стрелять - не ведает, пардон, Все по-другому в этом поколенье. Теперь есть мышка, плоский монитор И клавиши, с которыми удобно, И, по желанью бегает курсор, Чтобы исполнить тут же что угодно. Но, к счастию: не может эта сеть Натуру заменить на сто процентов, Нельзя, чтобы сгорая, не сгореть, Нельзя без настоящих сантиментов. И трепет пред белеющим листом, Под ручкою, зажатой пятернёю, Навряд ли и сегодня, и потом, Заменят хоть какой-нибудь фигнёю     27 февраля 2010 г., 5 ч. утра. Им с Вестями легко, Эти служат похвально. Ну а сон - это сон, Хоть и очень приятно Через толщу времен Возвратиться обратно, Всех во здравье узреть - Умных, смелых и милых. Мы тогда были твердь, Были полными силы. 15 июня 2009 г. Сквозь ломаные ветки Все солнце подглядит : И как мой друг в танкетке Снопом сухим горит ; И как волной от взрыва Отбросило меня. Ну, как тут без надрыва Душа болит – Чечня. 199....г.                 Брату и сестренке - с горечью. С годами не становимся моложе, В одну и ту же реку не войти. Заматерел ты, братец мой Сережа, Да и Любаша, ешь твою яти, Уже великовозрастная дама Бальзаковского возраста, поди, Нелегкая трех жизней панорама - С Камчатки до Сибири - мы одни В том смысле,- не выдерживаем ГОСТа На эталон дружнейшей из семей, Судьба-злодейка разбросала просто, Как семена по ветру - от ветвей. 02 августа 2009 г. Рябина, снег...И теплые ладони! И сказка по названию ЗИМА! Снежком залепит кто-то посторонний, А ты - в ответ. Такая кутерьма! В снежки уже играет целый город! От мала до велика весел люд! И хорошо, что не за тридцать холод, На улице блаженство и уют. 19.12.2010 г. То Антонов, то Лоза, То Дассен французский,- В Ретро льются голоса К водке и закуске. Я печален, я смурен, Нет былого пыла, Полста пять, как был рожден, Как вчера все было. Пугачева в унисон Подхватила тему, С ней по лужам босиком Бегаем по небу. Е-мое, душе массаж, Встрепенулась ветром: -Гулькина! - поет Мираж На канале Ретро.  Январь 2010 г.     Несоответствие Внутри - еще почти дитя, Но оболочка подкачала: Иные смотрят на тебя, Как на потертое мочало, А то глядят, как на отца - С почтеньем к серебристым прядям, Иль мерят с толикой свинца, Мол, старичок, чего ты рядом Иди, подумай о душе, Не молодись ты, ради бога, Отпета песенка уже, В остатке лет совсем немного. И хоть всерьез, а хоть шутя, Тебя, окликнут стариною, А ты - в душе - почти дитя, Дитя, покрытый сединою.       24 июня 2009 г., ночь.  На смерть кота с восьмого этажа Убийца эта высота,- Отвесная, многоэтажная. Сегодня видел смерть кота С глазами ещё влажными. Он издавал кошачий дух, Не понимая суть событья. Он третьим был промежду двух, Вот и пришлось в окошко выйти. А двое продолжали пить Какой-то сурогат-сивуху. Им хорошо. Им дальше жить. Земля коту пусть будет пухом.                                      04.07.2007, ночь. Кризис, создаваемый людьми, Видимо, кому-то очень нужен, - Нет, не тем, кто гнется за рубли. А кому.. Их след не обнаружен. Бестелесны эти мудрецы, Паутинку ткут для всей планеты, Пряча рукоделия концы В очень уж высоких кабинетах. Там, где и искать-то не с руки: На Олимпе не бывает сыска, Так что бесполезно следаки Ищут след без толку и без риска.   29 января 2010 г. ЛЮДМИЛА КОЗЛОВА Лауреат краевых литературных премий, в том числе, им. В.М. Шукшина, лауреат Международной литературной премии им. Сергея Михалкова (2008 г)., лауреат премии Алтайского края в области литературы, член международного литературного клуба «Клуб Слава Фонда» и член жюри международных литературных конкурсов на сервере Проза.ру. Публикации 2010 г -журнал “Новый берег” (Дания) . Член Союза писателей России. Боролись с ворами… Говорит идиот…почему так худа и длинна Подругам –подлюкам своим позвоню… И так я подругам язык отрублю. И. Шевцова. «Сверстнику» -№4 (2011 г),с.48-49 МАТЕРНАЯ РАСПРАВА пародия Пусть кто-то имеет по жизни подруг, А я расплодила на кухне подлюк. Сегодня устрою помойное «ню» - Подругам-подлюкам своим позвоню. Плевать, что они нагрубили в ответ – Умнее меня и мудристее нет. Кругом идиоты, ворьё и зверьё. Подлюки, собаки! Я всех запилю! Устрою себе золотое житьё – Им всем языки и хвосты отрублю. И пусть, как удав, я длинна и худа, Зато гениальна! Зато я – звезда! РОЛЬ Одна дама весьма преклонных лет, пописывающая стишки, считала себя гениальной поэтессой. Да и всё бы ничего, если бы она не пропагандировала себя на каждом углу, продавая свои сочинения в трамваях, автобусах, на остановках, навязывая их любому встречному. Она так надоела горожанам, что однажды некто сказал ей: - Мадам, Вы вполне прилично одеты, но почему-то играете роль попрошайки. Хотя…эта роль вам очень идёт. И возраст подходящий. И стишки жалобные. ОСТРОВ Пора! Пора! К обороне! А, может быть, и к отступлению. Уходим, короче. Но куда Туда, где не достанет нас мусорный ветер смерти, железный ветер жизни, ядерный ветер предательства, металлические щупальца роботов, матрицы городов, чёрные дыры деревень, деревья-мутанты, умные дауны, тупые интеллектуалы, мобильная связь и её временная недоступность, бегущие по проводам электроны, странствующие метеориты, прецессия галактической оси, исчезающее Нечто и всеобъемлющее Ничто. Вспомнили своё настоящее имя Ещё нет Тогда продолжим. Уходим! Уходим туда, где на обочине дороги никогда не было кособокой избы с Бабой Ягой и держимордой Кащеем. Уходим туда, где ждёт нас песчаный берег, вечный прибой, солёные брызги и крики чаек, цветущие сады и дворцы, построенные из розового камня, летучие яхты под парусами, высокие облака в просторах неба, зов океана, океан времени, верные друзья и любимые, голубоглазые песни, морские сирены и дальние пути. Ну, как – уже вспомнили Вспомнили, что это такое Правильно! Только там – наше место, наше время и наша жизнь. Это наш Остров Свободы. Напрасно кто-то думает, что Острова нет и быть не может. Он есть, но открывается только тем, кто знает пароль. Незваные гости, даже если они доберутся сюда, позвонят в дверь, и им откроют, увидят, что никого нет дома. Никого. Да и Остров давно уже улетел на юг. Или на восток. В ПУТИ Сегодня мне повезло – дали билет на второе место, значит, буду сидеть почти рядом с водителем. Вольный обзор окрестностей через лобовое стекло, асфальтовое полотно, убегающее вдаль, встречный поток автомобилей, сосновые и берёзовые рощи, разрезанные гудящей трассой - весь мир перед глазами. Но пока … пока мы движемся в лабиринте тесных улиц – Красноармейский проспект, Комсомольский, Профинтерна, Восьмого Марта, куда-то налево, направо, вперёд и снова направо. Незаметно и плавно спускаемся к мосту через Обь. Идём в его тесных железных объятиях – с обеих сторон многотонные фермы ограждений, гул двухстороннего потока машин. Слева издалека видна оранжевая форменная куртка – прижавшись к парапету, действует деревянной лопатой женщина. Она откидывает снег, прибитый ходом автомобилей к границе проезжей части. Железный гул моста, разнокалиберный ток машин, выхлопные газы - всё это в полуметре от её рук, ног, головы. Если мысленно перенестись в её тело, можно почувствовать неуют металлического плена – холод громадного сооружения и рычащего, фыркающего потока металла в телах машин. Женщина работает, медленно продвигаясь вдоль парапета. Автобус проходит мимо, оставляя её позади в клубах снега и пара. Мы удалились от моста, нас сопровождают иные картины – поля, покрытые снегом, кружевные березки на обочинах, а я всё не могу стереть из памяти этого оранжевого призрака с женским лицом и деревянной лопатой наперевес. Это образ войны за выживание. Образ женский. Там, на этом ледяном мосту, никак не помещается образ крепкого мужчины. Они, эти крепкие, где-то в других местах – в ресторанах, где отблески огней играют в бокале вина. Они там – в каменных дворцах с тёплыми светящимися паркетами и резными окнами. Они, кидая летучие стрелы Амура, садятся в лимузины рядом с поражёнными в самое сердце красавицами. Все крепкие мужчины живут где-то на юге, у моря, в цветах магнолий и олеандров. Автобус мчится дальше и дальше, преодолевая напор встречного ветра. Степной бродяга, ноябрьский ветер, свистит в каких-то неизвестных щелях, подвывая и что-то выговаривая – похоже на детский лепет на неведомом языке. Порою кажется, что этот мифический ребёнок всё зовёт ту самую женщину, всё жалуется на одиночество и плачет о том, как ему не хватает её надёжных рук и горячего сердца. Образ женщины на мосту и плач ветра сливаются воедино и разбиваются о лобовое стекло – оно всё в слезах. Слёзы откатываются и откатываются, расплющиваясь и размазываясь по сторонам. Россия, Сибирь, ХХI век. ПЕСНЬ ЭККЛЕЗИАСТА Где-то в глубине прошлого времени, в какой-то массово потребляемой газете городского масштаба читаю я фантастическую информацию. Заголовок статьи, заботливо написанный текст, подпись – всё из фантастического мира иллюзий. Этот мир давно умер, его нет в целом, нет и тех совхозов, которые вырастили богатый урожай овощей, нет давно съеденных капусты, моркови, лука и помидоров, которые автор называет витаминной продукцией ( цветущий штамп «совка»). Автор почти радостно сообщает, что по состоянию на 4 августа, в распоряжение жителей города поступило 57 тысяч тонн овощей, что составляет более 54 процентов установленного планом завоза. Ещё оптимистичнее выглядит информация о поступающих в город помидорах – их завозят в день свыше восьмисот тонн. Часть помидоров поступает в торговую сеть, а остальные идут на изготовление томатной продукции. Хорошо работают перерабатывающие пункты – радуется автор. Однако имеются и определенные трудности, сообщает он же. Из-за своеобразных погодных условий в этом году созревание ранних и поздних сортов помидоров произошло одновременно, поэтому их поступление в торговую сеть будет обильным, но кратковременным. Поэтому на помидоры установлена самая низкая розничная цена – 11 копеек за килограмм, и нет необходимости откладывать их приобретение на более поздние сроки. Наступила самая благоприятная пора для заготовок на зиму. Не забыл автор и о работниках торговли. Он сообщает, что важные задачи стоят перед этими трудящимися – им нужно продать населению большую массу помидоров в кратчайшие сроки, поэтому следует увеличить число торговых точек. Вам уже интересно, кто же это так заботится о населении и продавцах Может быть, это директор тогдашней торговой сети Может быть, корреспондент, которого бросили на горяченькую информацию А вот и не угадали. Не угадали потому, что фантастика непредсказуема, а фантастика реальной жизни – непредсказуема вдвойне. Статья подписана так: А. Вихров, инструктор горкома партии. 25 августа 1973 года. Три с хвостиком десятилетия минуло с тех пор, а кажется, что прошли три тысячи лет – не меньше. Что же такое - « время», и что такое «человек» Всё – фантастика, и всё – фантом. А эта газетная статья странным образом напоминает песнь Экклезиаста. ИСТОРИЯ ДЕРЕВЬЕВА Иван Иванович Деревьев неспешно, но целенаправленно шагал по тротуару. Асфальт, вспученный корнями древних тополей, заставлял зорко смотреть под ноги. И вдруг возле очередного препятствия Иван Иванович заметил Нечто Живое. Надел очки, наклонился и открыл рот от изумления – прислонившись к змеинообразному корню, на асфальте сидело глазастое существо, по виду – мальчик. Этот мальчик-с–пальчик легко мог уместиться в ладони Деревьева. Они, не мигая, уставились друг на друга. -Ты кто – спросил Деревьев. - Твоя душа, - тонким дискантом пропел мальчик. -Да ладно, - засмеялся Иван Иванович. – А на самом деле - Так на самом деле и есть. - А почему ты сидишь тут Ты же должен быть во мне, - пошутил Деревьев. - А ты меня обронил и даже не заметил. - И когда же – изумился Иван Иванович. -Давно. Тогда тебе было пять лет. Вот здесь, на этом месте ты раздавил ногой жука. Если бы это произошло нечаянно, я бы не упал на асфальт. Но ты убил жука нарочно и при этом смачно топнул ногой в новеньком ботиночке. - Что ты несёшь! – возмутился Деревьев. – Хочешь сказать, что я прожил жизнь, и при этом у меня не было души - Была, но ты похоронил меня вот здесь – под этим корявым корнем. Поэтому я остался таким, как был в твои пять лет. Иван Иванович оглянулся по сторонам - не слышит ли кто их странной беседы. Вроде бы ничего такого, но всё-таки… -Раз ты – моя душа, полезай ко мне в карман, - сказал он с надеждой. – А потом что-нибудь придумаем. Как тебя звать-то - Ванюша, - сказал мальчик-с-пальчик. -Вот и хорошо, Ванюша. Полезай. В кармане-то теплее будет, - подставил руку Иван Иванович. Ванюша влез на ладонь Деревьева, а потом – в верхний карман пиджака. Его глазастое личико выглядывало оттуда, словно колпачок диковинной авторучки. Иван Иванович с неким странным чувством дискомфорта продолжил путь по колдобинам всё того же тротуара. Время от времени скошенными влево глазами наблюдал за Ванюшей. Но тот молча озирал мир с непривычной высоты, держась за лацкан просторного кармана. - Ну, как ты там – спросил Деревьев. - Я думаю, - заявил Ванюша. - И о чём же - Думаю, куда ты сейчас идёшь И тут Деревьев вдруг вспомнил, что поход его должен закончиться в квартире любовницы Маши. Вон уже и подъезд её дома сияет новомодной стальной дверью с клавишной заплаткой домофона. - Батюшки! Как же я буду с Машей общаться Ванюша-то всё услышит и увидит! – вдруг озарило Деревьева. - Слушай, Ваня, а ты не можешь посидеть на лавочке часок - Как Опять - изумился мальчик-с-пальчик. – Ты снова хочешь избавиться от меня - Да нет! Как бы это тебе объяснить… - Объяснять не надо, ты лучше не ври ни себе, ни мне. - Да ты мудрец! – удивился Деревьев. - Я – это теперь и есть ты. - Ну да, ну да! – согласился Иван Иванович. Он сел на лавочку под окнами Машиного дома и погладил Ванюшу по умной головке. - Не бойся, маленький, я тебя не брошу. Отдохну немного да и вернусь домой. - Вот это ты правильно решил, - ободрил Ванюша задумавшегося Деревьева. А Иван Иванович осмысливал новую реальность. Он понял, что теперь не сможет делать и говорить многое из того, что ещё час назад казалось непреложным. - Не бойся, Ванюша, я тебя не брошу, - повторил Деревьев. ОЛЬГА ОВЧИННИКОВА Ольга Овчинникова – Почётный работник высшего профессионального образования, кандидат филологических наук, доцент Алтайской государственной академии образования им. В.М. Шукшина.     Военные повести А.П.Соболева.                                         Я помню вас, ребята, и всегда                                              Буду помнить, родные мои                                                                                                                                                                            Дать реалистический портрет своего поколения  - вот чему посвятил своё творчество А.П.Соболев. Первая повесть Безумству храбрых (1961) достойно увенчана незаконченной повестью Искупление вины (опубликованной в 2005 году). Между ними и автобиографическая повесть Грозовая степь, и роман-наказ потомкам на экологическую тему Якорей не бросать, и мирные рассказы на разные темы.             До своего физического конца Анатолий Пантелеевич нёс в себе тепло тех, кого не было уже в живых, думал их мыслями. Память о товарищах-однополчанах переполняла душу, просила выхода и Соболев начал писать. Направление и цель его творчества определилась сразу: рассказать о своих ровесниках, вчерашних школьниках, ввергнутых в пучину войны и воздать им должное. Не каждое поколение имеет право на портрет и получает его, поколение - первое советское, воспитанное при новом строе - такое право заслужило. Гордые, честные, с обострённым чувством долга юноши достойно несли тяготы и лишения, выпавшие на их долю. Дать реалистический портрет современников, их биографии - вот чему посвятил свои повести о войне Соболев.  Кроме названных, это и такие замечательные произведения, как Тихий пост, Какая-то станция, Пятьсот - весёлый, Три Ивана, Пролог после боя и другие. К своим книжным фронтовикам писатель относится с большой симпатией. В них реальные черты юных солдат и лейтенантов Великой Отечественной, их идеалы, которые они несли и хранили в себе, как необходимый боезапас, без которых в этой  войне победить было невозможно.     Человек уникальной военной специальности - водолаз, Соболев, естественно начал писать о том, что хорошо знал, тем более что о чернорабочих моря, их вкладе в общую победу над врагом в нашей литературе почти ничего не было сказано. Эта тема  стала основополагающей в целом ряде его книг, которые сливаются как бы в единое повествование.      Известно, что всех писателей, условно, можно разделить на две категории: одни каждую свою книгу начинают с нуля, другие же всю свою жизнь пишут одну: в ней множество глав и самых различных тональностей, но герой один, который является лирическим двойником автора. Так или почти так выстраивает свои сюжеты А.П.Соболев. Магистральная линия повествования - жизненный путь и окружение самого автора. По такому же принципу шли и другие фронтовики, ставшие писателями и, ценившие творчество Соболева: В.П.Астафьев, Е.И.Носов, В.В.Быков, Ю.В.Бондарев. Все  немного старше Соболева, и это важно: сколько за год-два войны они перечувствовали, осознали. На фронте опыт давался через кровь, страдания, потери. С войны они принесли шрамы от ранений да страшные зарубки в памяти. С перечисленными писателями-фронтовиками, по свидетельству жены, у Анатолия Пантелеевича были дружеские отношения. Он прекрасно знал их произведения, чему-то учился, но никогда не подражал. Соболев рассказал о невидимой постороннему глазу, но от того не менее страшной службе подводников на войне. В основе писательского стиля Соболева - честность в повествовании, какой бы горькой она не была.      Все перечисленные авторы писали ради правды, которая жгла, требовала увековечить подвиг простого солдата, матроса; рассказать людям всего мира, какой ценой досталась победа.         В данной статье я остановлюсь на интерпретации повести Награде не подлежит написанной в 1978 году. Автору уже за пятьдесят, некоторые герои повести годятся ему во внуки. Это отеческое чувство невольно отражается  в тексте произведения: в прежних книгах о войне такой горечи и такой нежности от автора к своим героям не было.      Награде не подлежит - одна из самых выдающихся военных повестей Соболева. Из  общения с Галиной Георгиевной Васюковой, женой писателя Соболева, я узнала, что  над ней  он работал долго и никогда со мной своими мыслями не делился, а когда закончил, то я увидела, как по его щекам текут слёзы. Он плакал по погибшим друзьям, которых  увековечил в своей книге. Как писательница она высоко оценила повесть: Замечательная, прекрасная, такие редко пишутся. Я думаю - это твой Сотников. Сотников, как известно,- одна из визитных карточек белорусского писателя Василия Быкова. В конце 70-ых - начале 80-ых годов, Г.Г. Васюкова-Соболева жила ещё в Минске и была знакома с В. Быковым. Она дала прочитать ему повесть своего мужа. Быков повесть прочитал и похвалил. Также Галина Георгиевна рассказала, что эту повесть не решался печатать ни один московский журнал, но храбрецы нашлись: Награде не подлежит, правда в сокращённом виде, издали в четвёртом номере петрозаводского журнала Север в 1980-ом году, главным редактором был Дмитрий Гусаров. В 1981 году повесть вышла в издательстве Современник, а в 1983-ем в Роман-газете (правда, тоже в сокращённом варианте, так как на двух авторов дали одну книжку этого издания).      Предполагалось выдвижение повести Награде не подлежит на Государственную премию СССР. Автор увёз книгу в Москву, заполнил нужные бумаги, собрал характеристики для представления в Комиссию по Государственным премиям. Но в итоге его имя даже не попало в опубликованный список выдвигаемых авторов. Сработал чей-то злой умысел.      Признание пришло позднее. Народное признание. Анатолия Пантелеевича буквально завалили письмами, посылками и бандеролями с подарками. Писатель всех благодарил и взамен высылал свои книги. Высылал книги и тем, кто просил об этом, кто интересовался его творчеством.       Он успокоился, появилась уверенность, которая так была необходима ему. Теперь друзья-писатели, встречая его в Москве, шутили: Вот идёт Соболев, который награде не подлежит. Он смеялся - чувство юмора снова вернулось к нему - свидетельствует Галина Георгиевна.      В 1979 году, выступая на Шукшинских чтениях, в Сростках, Анатолий Пантелеевич признался: Я много думал о творчестве В.М.Шукшина и свои планы, свои новые книги мысленно отдаю на суд ему. А что бы сказал Шукшин Награде не подлежит- лучшая из моих книг, созданных за двадцать лет. И только эту книгу было бы не стыдно показать В.М.Шукшину.       Герой повести - директор бийской автобазы, пятидесятидвухлетний одинокий человек, бывший водолаз, лейтенант запаса, Константин Федотович Реутов. Память постоянно возвращает в военное прошлое: Всю жизнь ему снился один и тот же сон: камнем падает он в чёрную глубину, и внезапно прекращается подача воздуха; вода, будто тисками, всё сильнее и сильнее обжимает грудь, вот-вот раздавит, расплющит, и он задыхается в скафандре. Воздуху! Воздуху!- кричит он в отчаянии, но телефонный кабель оборван - никто не слышит его (49).        К.М. Симонов говорил, что в прозе о Великой Отечественной войне существуют роман-судьба и роман-событие. Пользуясь этой терминологией, можно сказать, что Награде не подлежит - это повесть-судьба. А.П.Соболев поведал о судьбе водолаза-североморца, во многом списав её  со своей.       Автор начинает повествование с 1978-го года. В этот год бывшим фронтовикам давали юбилейные медали 60 лет Вооружённых сил СССР и вручали Удостоверения участника Великой Отечественной войны. По этому поводу в военкомат и вызвали Константина Федотовича. Перед нами проходит встреча почти ровесников, но какая жизненная пропасть между ними. Реутов с 1942 года уже работает водолазом, военком  тоже семнадцати лет, в 1944 году просится на фронт добровольцем, но направляется учиться в военное училище. Всего два года разница в возрасте, но, как я уже отмечала, в войну - это огромный срок.  И автор подчёркивает это даже во внешнем облике военкома  и фронтовика:  подполковник полноват, волосы без единой сединки, на тщательно выбритых щеках играет ещё юношеский румянец, а перед ним -  высокий подтянутый с тонким интеллигентным лицом и спокойными светлыми глазами совершенно седой подводник. Подполковник всю жизнь сожалеет, что не довелось побывать на фронте, поэтому благосклонен к воевавшим и старается им помочь. Но в случае с Реутовым он теряется: у водолаза, участника войны, нет  наград, только справка о награждении медалью За оборону Советского Заполярья. Так получилось, что когда всем их вручали Константин лежал в госпитале с кессонкой и остался без медали. Справку - то о награждении и ту выдали уже во время демобилизации.     -Мы отберём её у вас, - холодно и каким-то усталым голосом сказал полковник.(201). Он охотно верил, что тогда, сразу после войны, награждали, не очень соблюдая статут, и, конечно, прав этот водолаз, что всех награждали. Но это - тогда.(202). У этого же лейтенанта запаса не было ничего, даже справка и та оказалась недействительна. А жаль! Очень жаль, что этот ветеран награде не подлежит (203). Переступить букву закона военком не мог: Реутов пробыл на Севере до окончания войны чуть меньше, чем положено для награждения. А, в общем-то, я считаю, формальный подход к человеку необычной военной специальности. В повести сказано, что в Бийске тысячи запасников: пехотинцы, артиллеристы, танкисты, кавалеристы, моряки, лётчики, полковые разведчики. Кого только не было! А вот водолаз один-разъединственный на весь город. И - ни одной награды, хотя Реутов и у Сталинграда доставал со дна Волги танки, орудия, затопленные катера, утопленников; потом на Ладожском озере - баржи, машины,  оставшиеся на дне после дороги жизни; потом на Севере доставал корабли, мины, торпеды и снова утопленников.      Мало что изменилось в нашей жизни за прошедшие десятилетия: в 2004 году, например, когда в России началась подготовка к празднованию 60-летию Победы, награды не были вручены 1530000 военнослужащим. Несправедливость эта тянется ещё со времён войны, когда, по разным причинам, наград не получили два с половиной миллиона человек.  Процитированная заметка из еженедельника Аргументы и факты подтверждает, что Реутов, увы, один из многих обойдённых наградами фронтовиков. В этом плане его судьба - типичная для России.     Я встречалась с бывшими фронтовиками и они мне рассказывали, что не чаяли и дожить до конца войны в этой мясорубке, какие уж тут справки о ранениях, контузиях, госпиталях, не до них было. Жив остался - вот высшая награда,- так отвечали мне фронтовики, так думал и герой повести. Реутов не жалеет о медали, не ради наград делал он своё дело на войне.      Через  воспоминания своего героя, автор показывает изнурительную, полную опасностей работу водолазов. Мы многое узнаём об этой редкой профессии. В частности, что от тяжёлого скафандра при частых погружениях у водолазов на плечах образуются красные надавы, которые болят как чирьи, когда на них ложится груз водолазного снаряжения. Их быте, зачастую совершенно не приспособленным к работе: негде просушить одежду, согреться самим. Представляемый в детские годы как сказочный, подводный мир в действительности оказался скучным, серым и опасным. И здесь не срабатывала поговорка на миру - и смерть красна, гибли наедине с  глубиной, в страшных мучениях или, после взрыва мины или бомбы растерзанные в прах оставались там навсегда. Случаи были. Например, водолазы Петька с Аскольдом снимали глубинные бомбы с торпедированного эсминца. Рвануло. От Аскольда ничего не осталось, только обрезанные шланги вытащили, а вместо Петьки в исполосованном осколками скафандре было кровавое месиво (с. 60).Из повести мы узнаём и о том, какая радость охватывает водолазов, когда они выходят из сумрака воды и вдыхают живого воздуха после пахнущего резиной, мёртвого, сжатого в баллонах, дистиллированного (63). Что главная наука для водолаза - владеть воздухом в скафандре. Но прежде чем Костя постиг эту науку, прежде чем почувствовал себя как рыба в воде, с него сошло семь потов, потом ещё семь раз по семь, и ещё - семь (60).И очень важно быть всегда готовым к любой экстремальной ситуации: в три глаза надо глядеть, потому, что всего не предусмотришь, не предугадаешь заранее.      Почему автор так подробно описывает специфику работы водолазов Да потому, что у людей, как и у Кости в детские годы, слово водолаз соотносилось с приятной прогулкой по дну моря среди диковинных растений, причудливых экзотических рыб,  звёзд и других чудес. Даже военные других специальностей не понимают терминологию этих чернорабочих моря. Тот же военком задаёт вопрос: А что вы вообще делали на войне Что делают водолазы      -Корабли поднимали, постели ровняли      -Постели - подполковник приподнял брови. Едва заметная усмешка мелькнула за большими стёклами очков, а может быть, только показалось, и Реутов тоже усмехнулся, понимая, что действительно слово постель звучит нелепо в рассказе о войне.      -Это место под водой. Под причал делается. На постель ряжи ставят, это - деревянные срубы. Ну ещё - топляки вытаскивали, слип ремонтировали      -Что это - слип     Константин Федотович объяснил, и по скучающему лицу военкома понял, что тот чем-то разочарован и вызвано это им, Реутовым, и потому уже не стал рассказывать про мины, торпеды, взрывчатку, утопленников, подводные лодки, кессонку (199-200).     Военком же думал, что специальность водолаза на войне связана с секретными заданиями, например, с высадкой подводного десанта в тыл противника или с раскрытием тайны затонувших кораблей. Окончилась война.      -Ну, кажись, отвоевались, тихо сказал мичман.      -Кто отвоевался, а кто и нет, - возразил Лубенцов.      -Мины и бомбы все наши,- Лубенцов кивнул в сторону моря. Водолазы все, как один, посмотрели туда же. Этого добра тут понакидано за войну. Тут их всяких: магнитных, акустических, дистанционных, с часовым механизмом. И кому-то надо их доставать. Мичман свёл на переносице белые жидкие брови, хмуро глядел на залив. Прав Вадим - пока не очистят море, не отпустят их по домам (96).       И потянулись годы  каторжного труда. На Костину долю их выпало три, могло быть и больше, но получилось так, что при авральном обследовании подорвавшейся на мине нашей подводной лодки, по разным причинам, кроме него некому было идти на погружение. Младший лейтенант Пинчук знал, да и Лубенцов ему напомнил, что перенёсшему кессонку Реутову на такие глубины опускаться запрещено. Но уж очень хотелось лейтенанту выслужиться, опередить всех и, понадеявшись на русский Авось, он даёт добро на погружение. Реутов  выясняет, что экипаж жив.      Спасение подводников дорого обошлось команде водолазов: Костя оказался в госпитале со второй кессонкой, которая эхом отозвалась во всей его дальнейшей жизни. При подъёме подводной лодки погиб старшина I статьи Вадим Лубенцов: ему обрубило понтоном шланг-сигнал, и водолаз задохнулся на глубине. И ещё одно страшное известие пришло в госпиталь: в Карелии, вытаскивая со дна озера авиационную бомбу, подорвался мичман Кинякин.      Первую госпитальную жизнь водолаза Реутова, автор заполняет ранеными, других родов войск, поистине геройски выполнившие свой воинский долг.  Костя знакомится с земляком, шофером санбата Митрофаном Лукичом. Этот  добрый и отзывчивый человек, с посечёнными осколками руками, истекая кровью, вывел машину с ранеными из под бомбёжки и обстрела озверевшего лётчика юнкерса, и доставил в санбат. Ему ампутировали кисти рук, и его ожидала ещё одна операция. Оптимист по жизни, он уже знает, что будет делать на гражданке, а пока поддерживает и настраивает на лучшее своего молодого земляка. Палата живёт своей жизнью и, кажется, автор не вмешивается в эту жизнь, но это только кажется: разные характеры, разное прошлое, разные поступки заставляют читателя  задуматься,  сопереживать именно так, как хочет писатель. Тихо умирает сапёр, представленный к Герою, а на его место определяют  другого героя - кочегара. Говорят, кочегар не покинул своего поста, когда пробило осколками паровые трубы на корабле и пар заполнил всё котельное отделение. Кочегар до конца поддерживал давление в котле, пока шёл бой. Его вытащили обваренного как рака. На нём не было живого места(73-74).       Если после первой кессонки Костя оправился и вернулся к полноценной жизни, то, вторая поставила на нём болезненное клеймо на всю жизнь. Через полгода лечения он  сразу же был демобилизован.        Писатель, родившийся в мае, любил весну, первые первоцветы и цветущую черёмуху. Может быть поэтому,  Люба, единственная любовь Константина, по задумке автора пахла черёмухой. Светлая и чистая влюблённость Кости, его целомудренные и такие короткие свидания написаны в щемящей душу интонации. Хмельной горько-сладкий чад цветущего кустарника всю жизнь волновал Константина Федотовича, напоминал ему его первую и последнюю любовь. И, видимо, не случайно, под окном своей однокомнатной квартиры  первого этажа, посадил он куст черёмухи. И ещё раз автор упоминает о цветущем черёмушнике по-над Катунью, в которой водитель Реутов в минуту отчаяния хотел из двустволки свести счёты с жизнью и, возможно, светлые воспоминания, связанные с этим благоуханием, а потом и стыд перед погибшими - не дали этому свершиться.      Долго лежал он пластом на весенней земле, набираясь сил для новой жизни. Дал твёрдый зарок тогда - будет жить! За погибших(205). Воинское братство, примеры жизнелюбия тяжелораненых спасли его от суицида. Гибнут не уставшие, гибнут остановившиеся. Главное, от ветра голову не отворачивать(206) - эти слова  раненого разведчика Владлена Костя крепко запомнил. Сцепив зубы, шёл к своей цели, превозмогая отчаяние и боль одиночества. И - уцелел в движении. И понял: человек может гораздо больше, чем сам думает(206). Заочно окончил автодорожный институт, стал механиком автобазы, а потом - и директором. Заполнил вакуум одиночества воспитанием племянников, тем самым помогая  жене умершего брата.      Писатель не только любит и любуется природой, но мастерски отображает её в своих произведениях.  В них и настроение, и специфические особенности местности. И выполнены они в разной манере: так  в повести Грозовая степь пейзажи сочно выписаны маслом,  пронизаны светом, маревом тёплого воздуха. От них веет  летним зноем, мы, будто видим степное буйство красок, ощущаем запахи, слышим звуки божьих тварей. В повести Награде не подлежит, пейзажи выполнены сдержаннее, приглушённей - пастелью и гуашью сообразуясь с северной природой.      Лирическое перемежается с трагедийным и патетическим. Всё сливается в пространстве произведения, создаёт  неповторимый колорит. И эти три лейтмотива, усиливая и дополняя друг друга, очень мощно звучат в финале повести на открытии  9-го Мая памятника павшим воинам.       В этих четырёх последних страницах автор с горечью иронизирует над шаблонностью проведения мероприятия, действиями начальства. Но с уважением и любовью, через своего героя, показывает нам постаревших ветеранов, старушку с фотографией своего сына, не вернувшегося с войны, мальчика, смотревшего на вечный огонь и пытающегося что-то осмыслить и постичь, и дирижёра оркестра, единственного, кто полной мерой отдал должное и живым, и мёртвым фронтовикам.     Эти страницы - апофеоз повести. Их нельзя читать без содрогания, без слёз. Мокрые люди стояли перед бетонной стелой, каменные солдаты и живые смотрели друг на друга - глаза в глаза. А оркестр всё гремел и гремел, рвал душу:       День Победы, День Победы, День Побе-еды!.. (211). Из серой бетонной стелы, выступали жёсткие солдатские лица в касках. Они сурово смотрели каменным взглядом, будто спрашивая оттуда, издалека, помнят ли их, знают ли, как было трудно им, недаром ли всё это было(208).     Итак, тема войны волновала нашего земляка на протяжении всей его жизни. Хотя, конечно, были и конкретные, сиюминутные побудительные причины к созданию той или иной военной повести. Отмечу две из них, на мой взгляд, главные. Первая связана с постоянной тягой писателя к атмосфере воскрешения человеческих идеалов, с которыми вошли в жизнь и в войну его сверстники и которые забывались, нередко опошлялись в послевоенной мирной жизни. Герои же всех произведений о войне А.Соболева с их честной судьбой эти идеалы несли легко и свободно, жили ими каждую минуту своего нередко короткого пребывания на земле. И когда автор погружался  в воспоминания о войне, восстанавливались моральные силы, добро и зло чётко отграничивались друг от друга. Вторая причина обращения к обозначенному материалу связана с восхождением писателя на новые возрастные и мировоззренческие ступени: переосмысливание  военного прошлого подталкивало к необходимости дополнить портрет своего поколения новыми штрихами, новыми чертами, новым объёмом.                                                  Литература Соболева-Васюкова, Г.Г.  Гори, гори, моя звезда. Повесть-воспоминание. Минск, 2001, с. 196 Там же, с. 201 Казанина,О.М. Слово о земляке. Бийский вестник, 2006,   3-4, с.71 Осипов, С. Награда не нашла героев. И не найдёт никогда, АИФ, 2007,  19, с.6.       Соболев, А.П.  Награде не подлежит. В кн. Соболев, А.П. Якорей не бросать, М., Современник, 1986, с.198. Далее ссылки на это издание, страницы повести указаны в скобках.
1   2   3   4   5   6   7   8

  • Несоответствие
  • На смерть кота с восьмого этажа
  • ЛЮДМИЛА КОЗЛОВА
  • Военные повести А.П.Соболева.