Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


100 великих казаков




страница1/29
Дата07.02.2017
Размер5.18 Mb.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
100 великих казаков

Алексей Васильевич Шишов




От автора

Казачество на непростых путях-дорогах своего существования, отсчётная точка которого теряется во временах древних, на степных просторах Дикого Поля, раз за разом являло окружающему миру всё новые и новые сообщества вольных людей, воинов-землепашцев.


Один перечень казачеств сам по себе впечатляющ донское и запорожское, яицкое (уральское) и терское, городовое рязанское, украинское реестровое и кавказское линейное, волжское и астраханское, черноморское и бугское, оренбургское и кубанское, сибирское и якутское, забайкальское и амурское, семиреченское и уссурийское…
Каждое из них дало для истории Российской державы (не страны или государства, а именно державы) немало великих личностей. Выходцев из казачества, которыми с полным на то правом может в веках гордиться наше Отечество.
Величие той или иной личности казака — атамана или генерала, героя войны или военного похода, землепроходца, учёного или писателя — заключается прежде всего в его значимости для отечественной истории. Эта значимость непреходяща, но различна всплеск славы человека может пройти через века, а может ограничиться только какой-то страницей в летописи государства Российского, к примеру, одной войной или географическим открытием.
История предопределила назначение того военного сословия Русского царства и Российской империи, которая называется казачеством. В своей сути оно уникально, и создавалось не годами, а многими столетиями. Его исторические роли общеизвестны и сомнению не подлежали и не подлежат ни вчера, ни сегодня, ни в будущем. Вот их главный перечень.
…Во-первых, это землепроходство и открытие новых земель на «восходе солнца», то есть «за Камнем», как в старину назывались Уральские горы. Это прежде всего Сибирь — необъятные, почти не заселённые таёжные пространства, богатые пушниной — «мягкой рухлядью» и «соболиной казной». Походы «за Камень» всегда предпринимались людьми мужественными, бесстрашными и предприимчивыми. Ведь они шли в неизвестные края. И дорога эта была проложена казачьей дружиной атамана Ермака Тимофеевича.
Землепроходцы открывали для Отечества безбрежные арктические пространства — царство вековых льдов и стужи. Северный Ледовитый океан открыл для казаков-первопроходцев путь на Восток, в неизведанные «землицы». Но отмечен этот путь тысячами безмолвных могил безвестных удальцов с крестами из плавника, найденного на морских берегах.
Казачьи головы Семён Дежнёв, Владимир Атласов и Иван Козыревский запечатлели свои славные имена первопроходцев на географической карте нашей планеты благодаря поразительной целеустремлённости. Восточные территории России, берега Тихого океана будут хранить вечно имена этих трёх великих первооткрывателей.
Среди их соратников — сибирских и якутских казаков — не видится людей слабых душевно и физически, способных спасовать перед теми трудностями, которые постоянно вставали на их пути. Если и отступали, то только для того, чтобы пойти вновь и вновь к заветной цели, чтобы добиться её любой ценой — ценой человеческих жизней, трудов, перенесённых опасностей…
И такое три столетия повторялось раз за разом в бассейнах великих рек России — Оби и Енисея, Лены и Амура, а также на Чукотке и Камчатке, Курильских островах, где наши предки пытались сеять рожь и ставили приметные путеводные кресты.
Следует сказать, что «ясачные землицы» далеко не всегда играли побуждающую роль в поступках тех первооткрывателей, которые слали в Якутск, а оттуда в Москву «Чертежы» новых земель нашего Отечества. И тех, часто безвестных, предводителей казаков и промышленников, которые «сгинули странствуя» в эпоху великих географических открытий на восточной окраине Сибири.
…Во-вторых, это «хождение казаков в отцах духовных» православного народа в злую годину смут и национальных испытаний, социальных катаклизмов, борьбы России за своё историческое величие. Для выходцев из казаков патриархов Гермогена и Димитрия Ростовского независимость Отечества от покушений на него явных и тайных врагов была превыше всего в жизни. Им пришлось ходить в иерархах Русской Православной церкви в непростое время.
Гермоген стал для потомков, для всех последующих поколений россиян образцом непреклонного идейного борца за существование Русского царства тогда, когда царству этому грозила подлинная национальная катастрофа. Именно по зову патриарха Гермогена обнажили свои мечи освободители Москвы — князь Дмитрий Пожарский и нижегородский гражданин Кузьма Минин, тысячи их бескорыстных соратников. Мученическая смерть вдохновителя земской рати стала лишь последним добровольным даром — дороги жизни, положенной на алтарь Отечества.
Димитрий Ростовский жил и проповедовал в Петровскую эпоху, которая предопределила будущее государства Российского, превратившегося из царства в империю. В своё время он прославился как литератор. Значимость его праведных трудов подтверждена тем, что митрополит был канонизирован Русской православной церковью.
…В-третьих, это стремление самых широких казачьих кругов стать объединительной силой Русской земли, древней страны русичей, которая простиралась в Восточной Европе от Подвинья на севере и до днепровских берегов на юге. То есть казаки во все времена были государственниками.
Казачество всегда выдвигало из своей среды борцов за единение — единокровное и единоверное — земель, которые когда-то составляли целостное государственное образование — Древнюю Русь. Лучший пример — длительная освободительная война украинского народа и воссоединение его с русским народом в рамках Московского (или Русского) царства. Воссоединение Великороссии и Малороссии далось казачеству, в первую очередь реестровому украинскому, дорогой ценой в десятки тысяч человеческих жизней.
Та освободительная борьба дала истории казаков немало великих личностей, познавших свой долг государственников. Среди них — гетман Богдан Хмельницкий, полковники Максим Кривонос, Иван Богун и Даниил Апостол. Все они стали на века героями воссоединения Украины с Россией. И не их вина в том, что этот древний исторический союз двух славянских, православных народов на закате XX века распался.
…В-четвёртых, это руководящая роль казаков в народных восстаниях и крестьянских войнах, которыми так полна история старой России. Вольные люди с Дона и Днепра, Волги и Яика (Урала) как нельзя лучше подходили для роли военных вождей «возмущений» и «бунтов» чёрного люда голутвенного казачества и крепостного крестьянства, холопов и городской бедноты, народов Поволжья и раскольников. Хождение в бунтарское атаманство и самозванство делало таких казаков действительно великими личностями отечественной истории.
Мало кого из любителей истории может оставить равнодушным «бунт Стеньки Разина», самого удачливого казака-разбойника России.
Но ещё выше шагнул другой донской казак — Емельян Пугачёв. Он стал предводителем крупнейшей в российской истории крестьянской войны и под именем «счастливо спасшегося от убийц императора Петра III». И тот и другой собирались «дойти до Москвы».
Бунтарь Степан Разин стал героем множества песен и легенд, сказаний и романов, присказок и стихов. Пугачёв со своей «пугачёвщиной» таких почестей от народа не получил. Зато он потряс до основания державу императрицы Екатерины II Великой.
Под стать им оказался предводитель Колиевщины — казацко-крестьянского восстания на Правобережной Украине Максим Железняк. Сродни ему и вождь Балашовщины на Смоленщине Иван Балаш. Также удалось взбунтовать тихий Дон Кондратию Булавину, сумевшему походить, пусть и самое короткое время, в войсковых атаманах.
…Наконец, это выдвижение казачеством из своей «могутной» среды великих людей в разные области науки, литературы, медицины, изобразительного искусства… Обращение к исследованиям и творчеству было уделом многих поколений воинского сословия России, как старой, так и современной. Это было частью служения казаков Отечеству.
Михаил Шолохов, выходец с Верхнего Дона, стал крупнейшим советским романистом, автором всемирно известных «Тихого Дона» и «Поднятой целины». Дважды Герой Социалистического Труда, он стал и обладателем престижной Нобелевской премии в области литературы. А бело-красный казак Григорий Мелехов — одним из любимейших образов для читателей и кинозрителей.
Под стать ему — такие известные писатели, как певец уральского казачества Иосаф Железнов и белый генерал с Дона Пётр Краснов. Возвращается из незаслуженного забытья историк-белоэмигрант Андрей Гордеев, автор замечательного произведения под названием «История казаков». Прославил себя даром живописца баталист Митрофан Греков.
Наука тоже стала славным поприщем казачьей деятельности. Афанасий Шафонский в самом начале XVIII века вписал своё имя в историю медицины как один из видных эпидемиологов. Он стал одним из победителей эпидемии чумы — «моровой язвы», которая грозила опустошить первопрестольный град Москву. Дмитрий Карбышев стал известен как один из крупнейших фортификаторов России, как старой, так и Советской. Изобретатель Фёдор Токарев стал оружейником-конструктором с мировым именем.
…Нельзя не сказать об историческом величии и совсем иного плана. Рядом с героями казачества ходят и его антигерои. Но вместе с тем по своим неправедным делам они всё же остаются великими личностями, пример которых настолько заразителен, что они имеют поклонников даже в наши дни. Хотя для славянского, православного мира они являются не созидателями, а его разрушителями в угоду тем силам, которые всегда были враждебны Русской земле, её единению.
Среди таких антигероев казачества, несомненно, пальму первенства держит Иван Мазепа (Калединский), гетман Левобережной Украины, который неправдой занял этот пост, устранив своего предшественника и прочих опасных соперников с помощью обманутой им Москвы. Прозванный малороссиянами «ляхом», он остался для них таким до самых последних своих дней. Дав клятву на верность царю Петру I Романову, он изменил ему для того, чтобы вновь отдать польскому панству бразды правления на Украине, призрачно надеясь, что шведский король-полководец Карл XII усилит его личную власть. Но поле битвы под Полтавой разрушило все планы клятвопреступника Мазепы, сбежавшего в конце концов в пределы турок-османов.
Под стать ему другой антигерой — гетман Правобережной Украины Пётр Дорошенко. При нём турки и крымские татары, которых он навёл на собственное Отечество, причинили украинской земле столько бед, которые трудно сравнить даже с военным временем. Иноверцы торговали под стенами гетманской ставки православными полоняниками многими тысячами.
Но самое главное предназначение казачества и его войск — это защита пределов родной земли, её вооружённая защита. Собственно говоря, это основная, идущая из глубокой древности, роль казака. Ведь совсем не случайно первым летописным казаком для нас видится Илья Муромец, витязь с богатырской заставы с северной окраины Дикой Степи. Он для отечественной истории — «матёрый, первый казак».
Так уж сложилось, что величие личности казака всегда связывается с защитой Отечества. Он мог быть писателем или учёным, оружейным конструктором или офицером штаба в Санкт-Петербурге. Но когда начиналась война, все эти люди становились в полковые ряды своих, родных им казачьих войск России.
Пожалуй, в истории нет более прославленного, более великого казака, чем атаман Войска Донского генерал от кавалерии Матвей Платов. О нём, как герое, Россия узнала после славного для донцов боя на берегах степной реки Калнах. Произнесённые тогда юным полковым командиром слова «Честь дороже жизни!» стали девизом его удивительной судьбы на все последующие годы.
Матвей Платов для нас видится прежде всего олицетворением подвига русской армии и русского народа, совершённого во время Отечественной войны 1812 года. Изгнание наполеоновской Великой армии, собранной императором французов, без преувеличения, с половины Европы, есть величайшая заслуга казачества перед нашим Отечеством.
В созвездии великих казаков блистают целые династии. Среди них прежде всего значатся Иловайские — больше десятка генералов Войска Донского. Рядом с ними стоят не менее славные фамилии Иван и Фёдор Краснощёковы, Фёдор и Андриан Денисовы, Дмитрий и Пётр Грековы, Пётр и Степан Тацыны…
Казачьи военачальники — войсковые и наказные атаманы, и просто полковые командиры, есаулы, сотники — и герои из рядовых бойцов составляли гордость русского оружия во всех войнах, которые довелось вести Великому княжеству Московскому, Русскому царству и Российской империи. С кем только не велись эти войны — с Оттоманской Портой и Францией, Швецией и Речью Посполитой, Пруссией и Персией, Англией и Сардинией, Японией и Германией, Австро-Венгрией и имаматом Шамиля, Хивинским ханством и Бухарским эмиратом… Всё это не считая военных походов — Каспийского и Персидского, Итальянского и Швейцарского, Венгерского и Китайского, Кокандского и Кульджинского, Текинского…
Казачья слава блистала на поле Бородина и на берегах реки Чернишня, в сражениях при Кунерсдорфе и Малоярославце, под Измаилом и Карсом, Прагой и Очаковом, Азовом и Малоярославцем, Лейпцигом и Парижем, на полях Маньчжурии и в горах Кавказа.
Великими казачьи военачальники становились под знамёнами великих полководцев. Таких, как русский военный гений генералиссимус А. В. Суворов-Рымникский, князь Италийский. Дмитрий Кутейников сражался бок о бок с ним в Кинбурнском сражении против турецкого янычарского десанта. Андриан Денисов прославлен в суворовских приказах в ходе Итальянского и Швейцарского походов 1799 года.
Штурм крепости Измаил в 1790 году — вершина славы непобедимого Суворова. Бескомпромиссный приступ по своему кровопролитию не имеет себе равных в мировой военной истории. Именно это славное дело позволило с достоинством войти в число великих казаков донцам Матвею Платову и Ивану Краснову, черноморцам Захарию Чепеге и Антону Головатому. Да и не только им.
Нашествие Наполеона на Россию поставило под ружьё все наличные силы казачьих войск, не задействованные в охране государственной границы. В «грозу Двенадцатого года» казачество ополчилось на врага. Именно изгнание французов из пределов Отечества возвеличило военачальников Василия Орлова-Денисова, Алексея Иловайского, Акима Карпова, Степана Балабина и Дмитрия Грекова.
Другим серьёзным испытанием для казачества стало утверждение Российской империи на Кавказе, целая серия войн на этом горном театре военных действий. Среди них выделяется затянувшаяся Кавказская война, главными аренами которой стали Чечня и Нагорный Дагестан, Черкесия.
Её главными действующими лицами стали Черноморское и Кавказское линейное, а также Донское казачьи войска. Из первых двух в самом конце войны будут образованы два новых войска — Кубанское и Черноморское. В тех событиях на Северном Кавказе прославили свои имена генералы Яков Бакланов, Алексей Бескровный и Феликс Круковский.
Исторические пути-дороги казачества привели его к голгофе старой России, которой стали две войны — Первая мировая и Гражданская. Если первая привела к крушению более чем 300-летней империи Романовых, то вторая стала кровавым водоразделом между старой и Советской Россией.
Гражданская война поставила казачество в ряды военных сил двух полярных движений — белого и красного. Большинство казаков стало бойцами Белого дела. Та стихия выдвинула из казачьей среды военных вождей, многие из которых не избежали собственной гибели. Среди белых — это Лавр Корнилов и Алексей Каледин, Александр Дутов и Андрей Шкуро, Пётр Краснов и Григорий Семёнов. Среди красных — Филипп Миронов и Иван Сорокин, Николай Каширин и Дмитрий Карбышев.
Книга о ста великих казаках включает имена наиболее исторически известных личностей; часть их вызволена автором из незаслуженного забытья. Бесспорно, что за чертой «сотни» осталось немало достойных имён. Думается, что они не канут в Лету и станут героями других книг.


Алексей Шишов, военный историк и писатель
Илья Муромец
(?—?)

Самый популярный русский былинный герой. Первый казак в народных преданиях


Исследователи Древней Руси склонны считать, что Илья Муромец является личностью исторической, вполне реальной. Ведь не случайно все былины называют местом рождения крестьянина-богатыря, защитника родной земли, село Карачарово под городом Муромом (ныне Владимирской области). А Муромский край считается его родиной.


Известно, что муромчане издревле гордились своим былинным земляком. В память о нём одна из улиц города носила название Ильинской. В черте города одна из высот называлась с древности Богатырёвой, другая — Скоковой (с неё поскакал витязь совершать былинные подвиги). Сегодня Муром, стоящий на высоком берегу реки Оки, украшает памятник древнерусскому богатырю — «матёрому казаку Илье Муромцу».
В Киево-Печерской лавре сохранилась гробница его с останками (мощами). Русская православная церковь канонизировала Илью Муромца как святого воителя. День его памяти православными людьми неизменно отмечается 19 декабря.
Русская православная церковь считает, что святой воитель из земли Муромской жил в XII столетии. Научная экспертиза мощей, почитаемых верующими, проведённая в 1988 году авторитетной комиссией специалистов, определила, что Илья Муромец как реальная личность действительно жил в XI–XII веках.
В том же 1988 году известный советский скульптор С. А. Никитин сделал на основании мощей скульптурный образ Ильи Муромца. Он действительно поражает воображение зрителей своим поистине богатырским внешним видом и какой-то непостижимо огромной духовной силой.
Однако церковное житие святому богатырю составлено, по не известной для истории причине, не было. Вполне возможно, что оно по разным обстоятельствам (войны, пожары и прочее) просто не сохранилось до нашего времени.
Зато на удивление большое число хорошо сохранившихся древнерусских былин подробно повествуют о любимом народном герое, выводя его «из того ли города из Мурома, из того села из Карачарова». Именно из былин нам известно о нём от дня рождения и до самой кончины.
Интересно, что в старинном селе Карачарове по сей день считается, будто прямыми потомками былинного богатыря является род Гущиных, представители которого славились недюжинной физической силой.
В героическом былинном эпосе, среди образов оставшихся в нашей исторической памяти богатырей, Илья Муромец является одним из самых привлекательных и замечательных в своих мыслях и поступках. Для нас он смотрится как «старый казак да Илья Муромец, Илья Муромец да сын Иванович».
Былинный герой, крестьянский сын Илья стал совершать ратные подвиги в возрасте 30 лет. До этого он лежал дома на печи, будучи парализованным, с мальчишечьих лет. Но увечного Илью излечили захожие странники-калики, идущие на богомолья, дав испить ему целебного медового напитка, который в Древней Руси являлся лекарственным средством.
После этого Илья Муромец, вставший на ноги и почувствовавший в себе богатырскую силу, отпросился у стариков-родителей, как подобает послушному сыну-кормильцу, в далёкий стольный град Киев, к князю Владимиру. Те отпустили его («перечить не стали») с добрыми отеческими наставлениями. Больше в родительский дом он уже не вернётся, окончив жизнь на Киевщине.
По пути туда былинный герой сразился со злым богатырём Святогором, победил его в поединке и завладел богатырским мечом-кладенцом. Затем он освободил город Чернигов, один из крупнейших в Древней Руси, от «злой» осады орды степняков-печенегов. Но остаться у черниговцев воеводой всё же отказался, сказав, что хочет стать дружинником у великого киевского князя.
Затем Илья Муромец совершает ещё один героический былинный подвиг. В дремучих брянских лесах у села Девять Дубов он пленил Соловья-разбойника, которого привёз в стольный град Киев, к князю Владимиру, крестителю Древней Руси.
Надо сказать, что «дорожка прямоезжая», которой ехал крестьянский сын-богатырь из родного Мурома в Киев «через те леса Брынские, через речку Смородинную», существовала на самом деле. Она пролегала через Карачев, Чернигов и Моровийск. К этому можно добавить, что в старинном городе Карачеве «матёрого казака» Илью Муромца помнили долго.
Киевский князь за содеянные подвиги, силу и храбрость назначил Илью Муромца старшим воеводой над дружиной древнерусских витязей, которые стерегли южные рубежи родной земли от разбойных и опустошительных набегов степных народов, прежде всего печенегов.
Под его начало поступили знаменитые былинные богатыри Добрыня Никитич, Алёша Попович, Дунай Иванович, Самсон Сильный, Чурило Пленкович, Ванька Заолешанин и Пересмяка. Эти витязи и стали богатырской заставой на границе Дикой Степи (или, как её ещё называют в старинных сказаниях и летописях — Дикого Поля), защищая южнорусские земли от нападения печенегов и других «ворогов».
Среди наиболее известных былинных подвигов, совершённых «матёрым казаком» Ильёй Муромцем, стало освобождение Киева от ханского войска Калина, осадившего город и старавшегося взять его измором. Богатыри смогли победить степняков, а их правитель стал платить дань князю Владимиру, больше не пытаясь вторгаться в русские пределы, которые бдительно оберегала былинная богатырская застава.
Затем Илья Муромец вместе со странником-богомольцем силачом Иванищем победили «Идолище поганое», которое со своими «татарами» захватило земли у священного христианского города Иерусалима и требовало дани с греческого (византийского) царя Константина.
Отношения богатыря с киевским князем в былинах всегда описываются как натянутые. Владимир презрительно относился к крестьянскому сыну и часто «забывал» приглашать воеводу на пир. Но когда требовалась ратная помощь, то он вспоминал о богатыре сразу и говорил ему «слова ласковые», перед тем как послать его на дело смертельно опасное.
Однажды Илья Муромец за пустяковую провинность был посажен в «погреб», то есть в земляную тюрьму, в котором, по былинам, пробыл долгое время. Он был выпущен на свободу по призывному княжескому слову только «по случаю» стольный град Киев вновь осадили «бессчётные» конные полчища кочевников-печенегов. Выйдя из «погреба», былинный герой сказал

Я иду служить за веру христианскую,


И за землю российскую,
Да и за стольный Киев-град,
За вдов, за сирот, за бедных людей…

Во всех былинах о русских богатырях Илья Муромец предстаёт как самая яркая фигура, как великий патриот родной земли, бескорыстный защитник всех обездоленных и обиженных, как честный человек. То есть «первый казак» на Древней Руси описывается как притягательная, нравственная народная личность.


Его благородные рыцарские черты несомненны, как и у его самых близких друзей по богатырской заставе — Добрыни Никитича (родного брата Малуши, ключницы княгини Ольги, матери князя Владимира) и Алёши Поповича (сына ростовского священника Александра-хоробра, то есть Храброго). Эта троица витязей — порубежных стражей — в древнерусских былинах описывается с неизменной, исключительной теплотой и признательностью за совершённые подвиги.
Всё же более популярного былинного героя на Руси, чем Илья Муромец, исследователям не сыскать. Поэтому в преданиях старины глубокой простые люди отзываются о нём действительно с великой любовью

Как одно-то на небе красно солнышко,


А один-то на Руси Илья Муромец!..

Дань памяти «первому казаку» Илье Муромцу и его витязям с богатырской заставы, затерянной на краю Дикого поля, отдавалась и в гораздо более позднее время. В отечественной живописи общенародно известно историческое полотно замечательного русского художника В. М. Васнецова «Богатыри». На картине изображены три русских былинных героя — Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алёша Попович. Все трое, согласно былинным сказаниям, были витязями «из первых» в дружине крестителя Древней Руси князя Владимира.


Интересно то, что знали о богатыре Илье Муромце и в Средневековой Европе. Могучий витязь Илья Русский, «родственник» киевского князя, являлся одним из главных действующих лиц германских эпических поэм XIII столетия.
Как известно, в древнерусских былинах и летописях второго человека, прославившегося на ратном поприще, по имени Илья больше не встречается. То есть о каком-то случайном совпадении образов Ильи Русского и Ильи Муромца, говорить, вероятнее всего, не приходится.
Древнерусские былины, в которых рассказывается о «матёром казаке» Илье Муромце свидетельствуют, что ещё задолго до монгольского нашествия на Русь слово «казак» русским людям от Новгорода до Киева было доподлинно известно и в народе почитаемо. Как известен по имени, роду-племени первый «матёрый» казак, которому судьба уготовила быть не просто порубежным стражем, а подлинным героем.
Образ былинного Ильи Муромца, самоотверженно защищавшего русскую землю, в чём сходятся исследователи Древней Руси являлся воплощением представлений простого люда о подлинной ратной доблести, был идеалом народного героя.
О первом «матёром казаке» хочется сказать ещё одно доброе слово. Если собрать воедино все былины и героические песни об Илье Муромце, сложенные, как считают не без оснований специалисты, именно в XI–XII веках, то получится прекрасная по историческому и литературному звучанию «Русская Илиада». По другому её назвать невозможно, иначе можно исказить историческое звучание былинного эпоса.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

  • Илья Муромец (—)