Первая страница
Наша команда
Контакты
О нас

    Главная страница


, контрольные вопросы и вопросы для самопроверки, рекомендуемая литература) Тема Культурология как научная дисциплина




страница1/12
Дата23.06.2017
Размер3.17 Mb.
ТипКонтрольные вопросы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12
Содержание

Введение (Н.Г.Багдасарьян)

  1. Онтология культуры

(тексты лекций, культурология через тексты (сост. Н.Г.Багдасарьян, И.Е.Чучайкина, А.В. Чернышева), контрольные вопросы и вопросы для самопроверки, рекомендуемая литература)

Тема 1. Культурология как научная дисциплина

(Н.Г. Багдасарьян, И.Г. Тихая-Тищенко, И.Е. Чучайкина)



Тема 2. Сущность и смыслы культуры

(Н.Г. Багдасарьян).......................................



Тема 3. Типология культуры

(А.В. Литвинцева).............



Тема 4. Социокультурная динамика

(Н.Г. Багдасарьян, Г.В. Иванченко)................................



Тема 5. Язык культуры

(Н.Г. Багдасарьян)............................................................



Тема 6. Мир человека как культура

(Н.Г. Багдасарьян, А.В. Литвинцева)..............................

II. Феноменология культуры

(тексты лекций, культурология через тексты (сост. Н.Г.Багдасарьян, И.Е.Чучайкина, А.В. Чернышева), контрольные вопросы и вопросы для самопроверки, рекомендуемая литература)

Тема 7. Хозяйственная культура

(Н.Г. Багдасарьян)………………………………………

Тема 8. Мораль и право

(Н.Г. Багдасарьян)……………………………………….

Тема 9. Искусство как феномен культуры

(И.Е. Чучайкина)...............................................................



Тема 10. Религия и наука в контексте культуры

(Н.Г. Багдасарьян, Ю.П. Полуэктов,



И.Г. Тихая-Тищенко)........................................................

Тема 11. Техника как социокультурное явление

(А.В. Литвинцева).............................................................



Тема 12. Культура и цивилизация

(Н.Г. Багдасарьян, А.В. Литвинцева)..............................



III.Краткий терминологический словарь (сост. И.А. Акимова, И.Е.Чучайкина)

IV. Темы рефератов...........................................................

Введение
Культурология относительно недавно вошла в перечень учебных дисциплин Государственного образовательного стандарта, и сегодня она изучается практически во всех технических вузах России. Подавляющее большинство из этих вузов за последние годы стали называться университетами. Всегда ли этот статус оказывается подтвержден уровнем и содержанием того образования, которое дается в тех или иных стенах?

Что означает университет для европейской культуры? Если согласиться с тем, что:

университет — это символ науки и культуры, где главная ценность — человеческая личность, а цель — свободное и многогранное развитие человека, ибо того требует растущая взаимозависимость в науке и мире в целом;

университет — не конвейер для "подготовки специалистов", а попри­ще для развития интеллектуальных способностей каждого;

университет — это храм, где каждый дышит воздухом свободы и прогресса;

то становится понятным, что данные цели и задачи в рамках университетского образования — каким бы оно ни было: "классическим" или техническим — невозможно решать без такой дисциплины как культурология.

Культурология постепенно занимает основательное место в социально-гуманитарном блоке. В своем институциональном становлении она прошла, на наш взгляд, два этапа.

Первый, 1987 — 1990 гг., период формирования новой дисциплины, характеризовавшейся, во-первых, неясностью целей (она формулировалась чаще всего как общекультурная), во-вторых, размытостью и большим разбросом учебных форм (в одних случаях это были только лекции, в других — только практические занятия, в третьих — посещение музеев и концертов, в четвертых — чтение авторских спецкурсов), в-третьих — отсутствием единой организационной структуры (в ряде вузов были сразу созданы специальные кафедры и первой среди них — кафедра в МГТУ им. Н.Э. Баумана, во многих вузах были выделены секции на кафедрах исто­рии или философии).

В этот период чаще всего новые курсы рассматривались в качестве противовеса идеологизированным общественным наукам, что, впрочем, таковым и было. И потому не придавалось существенного значения структуре и специфике предметного поля культурологии. Как правило, это были курсы по истории и теории мировой культуры, ограниченные, в основном, культурой художественной. Да и сам термин "культурология" появился не сразу. Этот период вполне описывается одним из "опытов" Мишеля де Монтеня: "Я знаю, от чего я бегу, но не знаю, чего ищу". Для преподавания новой дисциплины были характерны эклектизм, непро­фессионализм и текучесть педагогического состава: привлечение специа­листов, ранее в вузах не работавших, в частности, академических уче­ных, искусствоведов, музейных работников и т.п., что не всегда давало положи­тельный эффект.

К 1991 г. был уже накоплен значительный опыт, предмет занял стабильное место в учебном процессе. Тогда и возникла проблема структуры, содержания и форм учебного курса. Курс должен был найти свой облик в системе университетского технического образования. Ясно, что наряду с фундаментальными проблемами культурологии, составляющими основу ее как научной и учебной дисциплины, необходима акцентировка таких аспектов, которые играют существенную роль не только в общекультурном развитии студентов, но и в формировании представлений о профессиональной инженерной культуре.

Исходя из этого, цели социальнонаучного и гуманитарного образования в техническом университете могут быть сформулированы следующим образом:

— формирование способности к предвидению социально-экономических, экологических и нравственных последствий профессиональной деятельности;

— развитие способности и интереса к творческой деятельности, потребности в непрерывном самообразовании;

— привитие нравственных, этических и социальных понятий, необходимых для деятельности в интересах общества, формирования личной философии и достижения личного успеха.

Какой характер не носило бы университетское образование (классическое или техническое), может быть, самыми важными его результатами являются социализация и инкультурация, социокультурная самоидентификация личности, то есть, самоопределение человека в социокультурном пространстве, установление им своей социальной (в том числе профессиональной), этнической, политической, и конфессиональной идентичности. Эти процессы, безусловно, не ограничены рамками университетских аудиторий, но базовые знания об окружающем человека социальном мире, механизмах культуры, системе норм и ценностей, которые регулируют жизнь общества, иерархии этих ценностей и т.п. - являются предметом дисциплин социогуманитарного блока. Место культурологии в достижении университетской образованности особенно значимо: именно в культуре обнаруживаются универсальные смыслы бытия - как на уровне личности, так и на уровне бытия социального организма. Культурология, продолжая антропологическую традицию, подводит человека к основной ценности - пониманию других культур, а сравнительный анализ в рамках понимающей установки, ориентированной на межкультурное общение, помогает лучше осознать и собственные культурные ценности.

Речь идет, однако, не только об общей образованности. Будущая специальность - значимая часть курса.

Социальнонаучное и гуманитарное знание в целом способствует снятию противоречия между человеком и техникой, человеком и природой, так как оно дает такой уровень профессиональной культуры, который позволяет еще на этапе проектирования минимизировать негативные социальные и нравственные последствия инженерной деятельности, формирует способность к адекватной оценке и принятию правильного решения в критической ситуации, актуализирует человеческий, а не только технический смысл инженерной профессии. Социально-гуманитарная компонента в инженерном мышлении и деятельности играет своего рода охранительную роль. С одной стороны, физическая безопасность для общества гарантируется социальной, нравственной, профессиональной компетентностью специалистов. С другой - знание механизмов функционирования общества, человеческой психологии, умение общаться, интеллектуальная гибкость - все то, что дает личности социальнонаучное и гуманитарное знание - облегчает вхождение человека в социум, поиск оптимальных решений в трудных профессиональных и житейских обстоятельствах.

Культурология "не для культурологов" ставит задачу определения основых критериев профессиональной культуры, выделения социокультурных и этических норм деятельности, а овладение культурологическим методом облегчит понимание технологий служебного взаимодействия, создаст базу для профессиональной коммуникации. Но, может быть, самое существенное в изучении культурологии - это постижение культурного смысла того вида профессиональной деятельности, к которой готовит студента вуз.

Курс культурологии закладывает у студентов базовые, ключевые понятия, составляющие теоретическую основу для понимания проблематики культуры. Он состоит из двух блоков: "Морфология культуры" и "Феноменология культуры".

Морфология культуры рассматривает закономерности строения культуры и процессы ее формообразования в онто- и филогенезе, это (если обратиться к естественнонаучной аналогии) как бы анатомия культуры. Мофрология культуры, не ограничиваясь описанием культурных форм, занимается объяснением того, почему эти формы возникли. В программе курса она представлена темами, раскрывающими проблемы происхождения культуры, ее структуры, динамики, языка. В основу отбора тем для изучения феноменологии культуры, то есть, самих явлений, самой жизни, было положено "культурное значение" тех или иных феноменов для университетского образования и воспитания определенных отношений к миру человека и природы.

В работе над курсом, который был апробирован на кафедре социологии и культурологии МГТУ им. Н.Э. Баумана, авторы исходили из следующих соображений. Во-первых, не считая возможным в рамках учебного курса проявлять приверженность к какой-либо одной версии или даже школе (сохраняя при этом индивидуальные научные предпочтения), и осознавая невозможность "окон­чательного" определения культуры, авторы рассматривают культуру в самом широком смысле этого понятия — как содержание общественной жизни и деятельности людей, создающих разного рода артефакты. Авторы полагают, что знакомство студентов с максимально широким кругом концепций и представлений о культуре, сложившихся в мировой науке, позволяет полнее реализовать цели гуманитарного образования.

Во-вторых, авторы исходят из принципов сравнительной культурологии, в основании которой — идея диалога культур, отличающая отечественную научную школу.

В-третьих, авторы опираются на междисциплинарные подходы, вовлекая данные из смежных наук: истории, психологии, социологии, философии, антропологии, этнографии, лингвистики и др.

В настоящем издании представлены тексты лекций курса в форме вопросов и ответов, списки рекомендуемой к изучению литературы и тематика рефератов. Приложения предоставляют студентам возможность самим познакомиться с наиболее яркими работами культурологической классики.

Учебники и учебные пособия по культурологии:

Арнольдов А.И. Введение в культурологию: Учебное пособие. М., 1993.

Введение в культурологию: Учебное пособие для вузов /Руков. авт. колл. и отв. ред. Е.В.Попов. М., 1995.

Гуревич П.С. Культурология: Учебное пособие. М.,1996.

Ерасов Б.С. Социальная культурология: Пособие для студентов высших учебных заведений. В 2-х ч. М., 1994.

Мамонтов С.П. Основы культурологии. М., 1999.

Розин В.М. Введение в культурологию: Учебное пособие. М., 1994.

Соколов Э.В. Культурология. Очерки теории культуры: Пособие для учащихся. М., 1994.
Список литературы ко всем темам:

Ионин Л.Г. Социология культуры. М., 1996.

Культурология. XX век. Словарь. СПб., 1997.

Культурология XX век. Энциклопедия. Т. 1, 2. М., 1998.

Леви-Строс К. Структурная антропология. М., 1985.

Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. М., 1994.

Сорокин П. Человек. Цивилизация. Общество. М., 1992.

Тойнби А.Дж. Постижение истории. М., 1991.

Шпенглер О. Закат Европы. М., 1994.

Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991.
Тема 1. КУЛЬТУРОЛОГИЯ КАК НАУКА
1. Какова специфика социальнонаучного и гуманитарного знания?
У нас есть три причины, которые побуждают нас начать курс с этого вопроса. Во-первых, культурология - органичная часть социогуманитарного знания, а, следовательно, и для нее характерны общие методологические принципы и познавательные процедуры. Во-вторых, культурология формировалась как интегративная область знания, а, значит, мы должны обнаружить ее истоки для более полного понимания проблем. И, в-третьих, для нас важен вопрос: каковы смыслы социальнонаучного и гуманитарного знания (в том числе культурологии) с точки зрения его места в техническом образовании.

Ответ на такого рода вопросы предполагает сравнительный анализ разных типов знания. Существуют разные варианты классификации наук. Не ставя целью их сравнительный анализ, отметим, что в крупном плане науки делятся на естественные (науки о природе), социальные (науки об обществе), гуманитарные (знание о человеке) и технические (сфера техники и технологии).

Классификация эта, как и любая другая, в значительной мере условна, потому что жизнь природы вокруг нас, продукты деятельности человека, то есть, искусственная среда не поддаются жесткой дифференциации, так, например, человек является предметом изучения всех категорий научного знания, даже четвертой, сферы техники и технологии, в частности, в эргономике изучаются "человеко-машинные системы", не говоря уже о человеке как биологическом существе, человеке как социальном существе и человеке как существе духовном. То есть, деление это обусловлено не только и не столько предметом, сколько познавательной задачей и процедурами, или методами, ее решения. Проведем поначалу сравнение социально-научного и естествен­но-научного знания.

В рамках социальных наук изучаются человек и социальные системы, культурные объекты и процессы, которые формируются в результате взаимодействия людей между собой и с природой в процессе совместной жизни и деятельности. Разные аспекты этого взаимодействия изучаются социологией, политической экономией, социальной психологией, социальной и культурной антропологией, культурологией. Можно считать, что прародительницей социальных наук, которые начали оформляться как самостоятельные дисциплины в ХIХ в., явилась философия. В России, правда, социологов называли философами (по крайней мере, официально, на уровне ученых степеней) вплоть до 1990 г., когда ВАК утвердил “новую” классификацию научных дисциплин, включающую социологические направления.

Если сравнивать предмет социальных и естественных наук, легко заметить, что социальная жизнь, несмотря на кажущуюся легкость ее познания в силу повседневного в ней участия каждого человека, труднее поддается научному анализу, так как из-за этого формы социальной жизни оказываются прямо не наблюдаемыми, а их выявление предполагает специальные, отличные от естественнонаучных, способы остранения реальности.

В естественных науках допустимо рассматривать природные процессы как независимые от познающего субъекта. В социальных науках субъект и объект познания частично совпадают. Отсюда — идеологическая “нагруженность” социальнонаучного познания, т.е. явная или неявная представленность в нем различных социальных интересов.

В естественных науках используются преимущественно количественные и экспериментальные методы познания. В социальнонаучном знании их использование затруднено, так как в науках о человеке и обществе исследователь никогда не может дистанцироваться в такой мере от изучаемого объекта (который к тому же крайне динамичен), чтобы стало возможным строгое использование экспериментального метода. Исследователь участвует в социальной жизни даже собственным актом познания (и влияет на нее). Отсюда — больший простор для различного толкования одних и тех же событий, для возникновения и распространения иллюзий, мифов и заблуждений. Тем не менее абсолютно “надежной” истины гипотетико-дедуктивная естественнонаучная теория также не дает.

Специфика методологии социогуманитарного знания заключается в главенстве интегративных, синтезирующих тенденций. Они позволяют за отдельными субъективными впечатлениями усмотреть закономерность, избежать шаблонности в объяснении тех или иных переживаний, эмоциональных состояний, чувств. Но главное, эти методы дают возможность воссоздать целостный образ (хотя это и не гарантировано: не случайно мы используем слова “позволяют”, “дают возможность” и т.п.). Целостное видение многомерно, схватывает не только линейные связи, по горизонтали, но и точечные, по вертикали. Целостность достигается через способность видеть как бы сверху, с высоты, что позволяет уловить одновременность этих связей, не только их последовательный, но и одновременный характер, когда в одном присутствует все: в миге — вечность, в точке — полнота бытия. Как говорил японский поэт Сэн-Цань (VII век): “Нет ни прошлого, ни будущего, ни настоящего — все в одном, одно во всем.” Мир, возникший когда-то из точки — сингулярен, он присутствует в каждой точке, и в этом основа его единства. Недаром перед смертью Будда произнес: “Состоящее из частей подвержено разрушению, трудитесь прилежно”.

Можно зафиксировать оппозицию “синтез-анализ”, каждая составляющая которой отражает доминанту метода естественных наук и гуманитарных изысканий. Это не означает, что в рамках обоих типов познания не используются методы “оппозиции”.

Так, в рамках гуманитарного знания в ХХ веке все более утверждается рациональная рефлексия к основаниям познания, что сближает такое познание отношений человека и мира со сходными процессами, происходящими в связи с изучением природы. Они базируются на противопоставлении концепции реальности, вытекавшей из существа аналитического метода (который и принято называть научным), и представления о реальности, которое связывалось с индивидуальным, духовно-синтетическим опытом личности.

В социальных науках ситуация иная. Подчеркивая роль научного метода в социологии, Э. Дюркгейм, основатель французской социологической школы, очень определенно говорил о необходимости разведения — даже на уровне понятий — сфер собственно социальной жизни и научного знания о ней: “Нужно..., чтобы социолог, и определяя предмет своих изысканий, и в ходе своих доказательств, категорически отказался от употребления таких понятий, которые образовались вне науки, для потребностей, не имеющих ничего общего с наукой. Нужно, чтобы он освободился от этих ложных очевидностей, которые тяготеют над умом толпы, чтобы он поколебал раз и навсегда иго эмпирических категорий, которое привычка часто делает тираническим”1. Это свойственно и естественным наукам. Сложность, однако, заключается в том, что в социальных науках, если вновь сравнивать их с естественными, “часто бывает замешано чувство”, испытываемые ученым, исследующим те или иные свойства социума, к которому он принадлежит сам.

Поэтому Э. Дюркгейм настаивал на применении в социальных науках объективных методов, аналогичных методам естественных наук (отсюда — множество биологических и физических аналогий и понятий в его работах), выражая основной принцип своей методологии в знаменитой формуле: “Социаль­ные факты нужно рассматривать как вещи”.

В отношении гуманитарного знания уместно обратиться к соображениям К.Э. Циолковского, который разделял науки на "точные" и "сомнительные". К точным он относил геометрию, механику, физику, химию, радиологию, биологию, а также "проницающую" их все математику или логику. Сюда же входят и так называемые "прикладные описательные науки": технология, география, зоология, ботаника, астрономия и т.п. К сомнительным наукам, которые пытаются решить задачи, необходимые "каждому сознательному существу", он причислял сферы истории, философии, религии. "Они называются сомнительными, потому что решения этих задач разными умами несходны. Неизвестно, кто прав и чье решение неверно... Но не нужно думать, что есть резкие границы между точными и неточными науками. С одной стороны, высшие границы точных наук колеблются, с другой - основы социальных наук близки к точности"2 .

К. Поппер предложил довольно простую классификацию школ мысли и исследователей, связанных с методологией, как он говорит, “непреуспевающих” наук: “Соответственно тому, как они смотрят на проблему применимости методов физики, мы можем разделить их на пронатуралистические и антинатуралистические. “Пронатуралистическими”, или “позитив­ными” будем называть те школы, которые взирают на применение методов физики к социальным наукам с благосклонностью; “антинатуралистическими”, или “негативны­ми”, — те школы, которые считают, что эти методы здесь неприменимы”3 . “Антинатуралисты” аргументируют свою позицию тем, что в теоретических социальных науках попытки использовать методы процветающих наук, например, экспериментальной физики, не принесли ничего, кроме разочарований, полагая причиной этого то, что социальные законы исторически относительны. Из этого выводится ситуация кризиса социальных наук.

Гуманитарная оппозиция аналитическому методу социальнонаучного знания, а также критика науки в целом не только как формы мышления, но и как социального института, означает сомнения в том, совместимы ли методы и результаты научного исследования с явными и неявными целями общества. Например, могут ли технические следствия научных открытий быть полностью ассимилированы духовно и физически здоровым обществом, отвергающим идею войны?

Вместе с тем, в рамках современной научной картины мира, смоделированной с помощью данных синергетики и глобального эволюционизма, и базирующейся на междисциплинарном синтезе знаний, ставится вопрос о восстановлении целостных представлений о мире, картины мира как единого процесса.

В этом же направлении движется и социальнонаучное знание. Так, Э. Гуссерль отмечал, что “ ... в наше время повсюду дает о себе знать жгучая потребность понять дух, и неясность методологической и фактической связи естественных наук с науками о духе становится почти невыносимой"1. К. Поппер, соглашаясь с Контом (который, кстати и создал слово “социология” для обозначения науки об обществах), Миллем и многими другими, также аргументирует концепцию единства метода: “...все теоретические или обобщающие науки (неважно, естественные или социальные) пользуются одним и тем же методом”, который заключается “в выдвижении дедуктивных причинных объяснений и их проверке (через проверку предсказаний)”2.

До сих пор мы сравнивали социальнонаучное и гуманитарное знание с естественнонаучным. Рассмотрим теперь общее и особенное в социальном и гуманитарном познании.

Мы предвидим аргументы оппонентов, не склонных разграничивать социальные науки и гуманитарное знание. Самый серьезный из этих аргументов состоит в том, что объект для обеих один и тот же, гуманитарное и социальнонаучное описание лишь дополняют друг друга. Согласившись с этим в целом, признаем все же неслучайность разделения обоих типов познания в современной эпистемологии. Другая позиция отразилась в западной традиции противопоставления science и huma­nity, где социальнонаучное знание относится к первой категории. И поэтому в названиях, например, университетских факультетов звучат social sciences and humanities.

Размышляя о специфике социального и гуманитарного знания, выделим следующее. Предметом гуманитаристики является уникальное, неповторимое, что чаще всего связано с понятием личности, когда она (личность) выделяется из среды, способна совершать выбор. Это проблемы внутреннего мира человека, жизни его духа. Часть этого знания входит в компетенцию науки, отвечая всем критериям предмета научного познания. Есть, однако, и другая часть, которая связана с понятиями чувствования, интуиции, веры (в данном случае мы не имеем в виду веру религиозную), или, например, эзотерическое знание. Поэтому понятие гуманитарного знания — более широкое, чем гуманитарной науки, так как может включать в себя сферы, которые в строгом смысле научным знанием не являются. Обращение к таким понятиям как “бытие”, “любовь”, “жизнь”, “смерть”, “истина”, “красота” и т.п. предполагает многозначность, так как такого рода категории не имеют и не могут иметь “по определению” единственно верного смысла.

Для социальной науки главное — выяснение закономерностей, определяющих устойчивость и изменения в социокультурной жизни, анализ глубинных, часто индивидуально неосознаваемых детерминирующих структур, влияющих на поведение людей, когда мотивация этого поведения для них неочевидна.

С этой точки зрения социология, культурная антропология, политология, право, политическая экономия — социальные науки, но не гуманитарные области, а филология, искусствоведение, история — классические образцы гуманитарного знания (хотя в них и используются ныне точные методы исследования). Если данное утверждение вряд ли кто-нибудь станет оспаривать, то относительно культурологии споры подобного рода довольно часты в профессиональном сообществе. Тому есть по крайней мере две причины: во-первых, в российском обществе идет становление новой области знания, границы которой еще четко не очерчены, и, во-вторых, это связано с многозначностью понятия культуры: выбор той или иной базисной позиции диктует соответствующую исследовательскую процедуру. На наш взгляд, культурология принадлежит к междисплинарным наукам и имеет оба этих пласта.

Своеобразие гуманитарного знания, однако, выводится не только из предмета исследования и, может быть, не столько из него, сколько из ведущей познавательной ориентации.

Скажем, исследователь имеет дело с некоторым текстом. Для историка данный текст — источник, он представляет интерес постольку, поскольку за ним стоит определенная историческая реальность, событийный факт, который он и интерпретирует. Но верность факту, по закону парадокса, может привести к искажению, если нет ощущения целого или исследователь оказывается неспособен найти адекватный критерий для отбора фактов из огромной массы. Факт может оказаться и “вещью в себе”, если не выявлены его связи, если нет представления о культурном поле, которое его породило.

Мы уже упоминали понятие социального факта, введенное Э. Дюркгеймом. Он определяет его следующим образом: “социальным фактом является всякий способ действий, устоявшийся или нет, способный оказывать на индивида внешнее принуждение”. “К социальным фактам принадлежат верования, стремления, обычаи группы, взятой коллективно...”, “социальный факт отличен от своих индивидуальных воплощений”1.

Для гуманитарного типа познания важен текст как основа для рефлексии по поводу социокультурного смысла данного факта, исследователь пытается выяснить не только то, что история говорит о себе, сколько то, о чем она умалчивает, зашифровывая в своих текстах. Гуманитарию недостаточен эмпирический уровень науки, когда факт воспринимается, как истина в последней инстанции. Настоящая истина не открывается равнодушному уму. Гуманитарное и социальное соотносятся так же, как природа и естествознание. При этом и тексты, с которыми имеет дело социальная и гуманитарная науки, — различны. Понятие текста в гуманитарной традиции более широкое: так обозначается любая знаково-символическая система, имеющая социокультурный смысл.

Гуманитарное знание рефлективно по сути, а следовательно, принципиально диалогично. Разница в предметах науки требует разного логического и исследовательского инструментария и мыслительных процедур анализа. В частности, социальная наука должна строиться на эмпирическом и рациональном методическом фундаменте (что позволяет исключать умозрительные спекуляции, ее дискредитирующие). Кроме того, для современного состояния социальных наук становится выраженной тенденция перехода к их новому качеству, когда они все более приобретают характер прикладных исследований, включая в свой методологический арсенал процедуры не только аналитические, но и разработку моделей, проектов, программ регионального социокультурного развития.

Разумеется, интересующие нас сферы взаимодействуют между собой и взимодополняют одна другую, что вполне естественно, как естественно, например, воздействие климата и ландшафта на ментальность этноса или воздействие закона всемирного тяготения, влияющего на разливы Нила, на социальный ритм жизни людей в Древнем Египте. В свое время выделению социологии в самостоятельную дисциплину предшествовало отделение психологии от философии и физиологии. Открытие психической реальности дало толчок к поискам собственно социальной реальности и таким образом сыграло роль научно-методологического прецедента.

Конец ХХ века ознаменовался появлением междисциплинарных направлений, новых наук на стыке знания разного типа. И хотя, как заметил Э. Трельч, “противопоставле­ние наук о природе наукам о духе — бессмысленно”, все же ... восстановление единства этих разделенных структур — весьма трудная задача”1.

Сделаем вывод: в прогнозах о перспективах образования следует опираться на принцип дополнительности естественнонаучной методологической традиции и гуманитарных способов познания, так они позволяют охватить больший объем познавательной деятельности. Лишь в этом случае возможна реализация современных целей образования.


2. Каковы особенности культурологии как научной дисциплины?
Культурология - относительно молодая область науки, формирующаяся на стыке социально-научного и гуманитарного знания. Происхождение термина "культурология" восходит к работам американского антрополога Л. Уайта (1900-1975). Он выделил культурологию как самостоятельную науку в комплексе общественных наук, вычленившуюся из антропологии. Однако западной научной общественностью этот термин принят не был, и сегодня там не существует такой научной дисциплины с оформленной, структурированной системой знаний и четко выраженными дисциплинарными границами. Культура как феномен рассматривается и исследуется западными специалистами (акцентировка меняется в зависимости от того, о какой стране идет речь) в рамках таких дисциплин как социальная и культурная антропология, опирающихся на эмпирический материал, а также социология, структурная лингвистика, семиотика, психология и др.

Формирование структуры и диапазона направлений современного культурологического знания в России имеет особенность, существенно отличающую этот процесс от обычной динамики развития науки. Как правило, в систему образования в качестве учебного материала попадает то знание, которое в науке уже устоялось, оформилось, не вызывает острых дискуссий. Современная отечественная культурология, складывавшаяся с период 60-х-80-х годов, и являвшаяся тогда предметом занятий достаточно узкой группы специалистов, получила импульс к интенсивному развитию как раз напротив, из системы образования, когда возникла необходимость заполнить лакуну, появившуюся в результате смены идеологической парадигмы. В этом - одна из причин того, что культурология как принципиально неидологическая дисциплина как бы "ворвалась" в современное обществознание путем проб и ошибок, расширения поля анализа, вовлечения в него знаний из других областей, и в то же время "отсечения" того, что принадлежит к другим сферам науки.

Понятно, что определения объекта и предмета культурологии концентрируются вокруг понятия культуры. Мы, однако, не можем ограничиться этим указанием, так как понятие культуры в силу его сложности и многозначности употребляется в самых разных значениях в диапазоне от обыденного использования до глобального контекста (в частности, от "культуры поведения" до "мировой культуры"). На различных подходах к определению культуры мы остановимся в теме 2. Здесь же отметим, что на самом деле достаточно трудно с максимальной долей определенности зафиксировать именно культурологический аспект исследования феномена культуры, так как культурология - интегративное знание, которое формируется в пограничных, междисциплинарных областях, оперирует материалом, накопленным историей культуры, опирается на результаты этнографических, социологических, психологических и др. исследований. И все же можно считать, что культурология, находящаяся в поле напряжения между социально-научным и гуманитарным подходами, в качестве объекта имеет весь мир искусственных порядков (вещей, сооружений, окультуренной территории, исторических событий, технологий деятельности, форм социальной организации, знаний, понятий, символов, языков коммуникации и т.п.), а в качестве специального предмета исследует процессы генезиса и морфологии культуры, ее структуры, сущности и смысла, типологии, динамики и языка.
3. Каковы предмет и методы культурологии?
Предметная область культурологии может быть определена и в зависимости от целей культурологического познания. В этом случае имеет место разделение культурологии на фундаментальную и прикладную. Целью фундаментальной культурологии является теоретическое познание феномена культуры, разработка категориального аппарата и методов исследования. Прикладная культурология, опираясь на теоретические знания, ставит целью прогнозирование, проектирование и регулирование актуальных культурных процессов, имеющих место в социальной практике, разрабатывает основные направления культурной политики, цели и методы деятельности сети культурных институтов, задачи и технологии социокультурного взаимодействия, охраны и использования культурного наследия.

Итак, основными компонентами предмета культурологии являются:

- онтология культуры: многообразие ее определений и ракурсов познания, социальных функций и параметров,

- гносеология культуры: основания культурологического знания и его место в системе наук, внутренняя структура и методология;

- морфология культуры: основные параметры ее функциональной структуры как системы форм социальной организации, регуляции и коммуникации, познания, кумуляции и трансляции социального опыта;

- культурная семантика: представления о символах, знаках и образах, языках и текстах культуры, механизмах культурного коммуницирования;

- антропология культуры: представления о личностных параметрах культуры, о человеке как "производителе" и "потребителе" культуры;

- социология культуры: представления о социальной стратифицированности и пространственно-временной дифференцированности культуры, о культуре как системе "правил игры" и технологий социального взаимодействия;

- социальная динамика культуры: представления об основных типах социокультурных процессов, генезисе и изменчивости культурных феноменов и систем;

- историческая динамика культуры: представления об эволюции форм социокультурной организации;

- прикладные аспекты культурологии: представления о культурной политике, функциях культурных институтов1 .

В науке формируются и особые культурологические методы познания, которые могут быть применимы к анализу любого культурного феномена. Они представляют собой комплекс познавательных приемов, операций и процедур, многие из которых формировались в рамках наук, составляющих фундамент культурологии. Однако используются они выборочно, трансформируясь при этом под задачи культурологического исследования. Отбор методов зависит как от целей и задач исследования, так и от позиции и вкусовых пристрастий исследователя, его принадлежности к той или иной культурологичекой школе.

Если проследить историю становления культурологических методов, то мы заметим, что первоначальный уровень - эмпирический, основанный на сборе и описании фактического материала в рамках так называемой гуманитарной культурологии. Здесь используются традиционные полевые антропологические методы - описание, классификация, включенное наблюдение, интервью, а также сравнительно-исторический метод. Гуманитарная культурология включает в себя огромный пласт вненаучного знания, в котором аккумулирован культурный опыт миллионов людей. Это традиции, нравы, обычаи, мифы, утопии, навыки практической деятельности и т.п. Главная задача исследователя, использующего полевые антропологические методы - понимание изучаемой культуры, внутреннего смысла ее явлений и ценностей.

На следующем уровне происходит сопоставление, компаративный, то есть, сравнительный, анализ уже описанных культур, выявление общего и особенного. Компаративный анализ также не является специфическим для культурологии, он применяется и в других сферах научного знания, но для культуролога его ценность обусловлена возможностью с помощью данного метода выявить сущностные характеристики культуры, ее неповторимые черты. Вместе с тем сравнительный анализ позволяет обнаруживать общие закономерности культурного процесса, которые исследуются уже с помощью таких методов, как структурно-функциональный, факторный и компонентный анализ, моделирование и др. Культурология, безусловно, ориентирована на познание того общего, что связывает различные формы культурного существования людей.

В гуманитарно ориентированных исследованиях культура рассматривается как комплекс уникальных феноменов. В социально ориентированных исследуются в большей мере процессы кризиса той или иной культуры, ее распада и гибели, формирование новой культуры, различные процессы трансформации культурных институтов. Однако выделить "чисто" гуманитарные или социальные методы трудно. Как правило, культуролог вынужден их сочетать. Например, он прослеживает и описывает изменение экономических и социальных отношений, обусловивших культурную динамику, то есть обращается к экономической и социологической наукам. Анализируя формирование новых знаковых систем и языков, он обращается к семиотике и языкознанию. Выявляет и описывает новые идеи и представления, овладевающие сознанием представителей той или иной культуры, или новые способы обучения, опираясь на данные психологии и педагогики. При этом в культурологии исследуются такие проблемы, которые не поставлены и не решены в рамках других наук.

В последние годы все чаще используются методы математического моделирования социокультурной реальности. Основанием для этого является уровень современного научного знания, позволяющий выделять определенные закономерности функционирования и динамики культуры. Возможности математического моделирования культурных процессов и принятия на этой базе соответствующих решений далеко еще не раскрыты, хотя очевидны и некоторые сложности, в частности, проблема несводимости масштабной и сложно-структурированной культурной информации к недвусмысленным и точным математическим формулам. Возникает риск огрубления, упрощения культурной ситуации и ошибки в принятии решения.

Таким образом, культурология стремится не просто к описанию "совокупности материальных и духовных ценностей, накопленных человечеством", а к осмыслению всего мира человеческой культуры как системного единства, а история культурологии - это история возникновения новых способов теоретического видения мира человеческой культуры. Появление каждой новой концепции не исключает существования предшествующих, поэтому культурологическое знание - это поле взаимодействия, взаимовлияния, диалога.
4. Рассмотрим подробнее специфику социальной и гуманитарной культурологии.
Наиболее распространенным определением культурологии является ее понимание как науки о наиболее общих закономерностях развития культуры1. Это определение хотя и не противоречит истине, но все же односторонне представляет предмет. Оно, скорее относится к сфере философии культуры, задача которой как раз и состоит в изучении предельных абстракций бытия и мышления. Но “в культуре всегда есть нечто конкретное: это определенный род и способ творчества. А поэтому в конкретном смысле есть столько культур, сколько творящих субъектов. Поэтому в пространстве и времени существуют различные культуры, разные формы и очаги культуры"2, — пишет Б.С. Ерасов, отмечая несводимость культурологической проблематики к изучению ее обобщенных параметров. Более того, не очевиден и научный статус культурологии.

Культурология, как и гуманитарное знание в целом, в силу ряда причин не полностью удовлетворяет тем критериям научности, которые сформировались в рамках естественных наук. Поэтому, когда хотят подчеркнуть социальнонаучный характер культурологического исследования, опирающегося на соответствующие методы, говорят о социальной культурологии3, которая изучает цивилизационные формы бытия культуры, ее нормы, традиции, социальные институты. Cледование научной методологии в данном случае является обяза­тельным и затрагивает как объект, так предмет и метод концептуального изложения. Необходимый эмпирический и теоретический базис служит своего рода критерием обоснованности культурологических гипотез, определяет границы их применения.

Гуманитарная проблематика и соответствующий ей стиль мышения обусловлены как неповторимостью каждой личности, ее внутреннего мира, эмоциональных состояний, чувств, одаренности, так и ее принадлежностью к социокультурной среде. В зависимости от того, стремимся ли мы исследовать социальные формы жизни человека в культуре, или, напротив, хотим понять индивидуальное, уникальное преломление социокуль­турных феноменов, выбирается и гносеологический аспект культурологии — либо социальный, либо гуманитарный.

Независимо от того, в социальном или гуманитарном плане решается проблема, — обе отмеченные полярности присутствуют в качестве предельных абстракций развития культурологической мысли. Этим обусловлена и некоторая внутренняя противоречивость предмета и метода культурологии.


5. В чем смысл логоса и хаоса как полярных категорий культурологии?
Основной категорией культурологии является понятие культуры. Его определения разнообразны: от простого противопоставления природе до дефиниции культуры как исторически определенного уровня развития общества, творческих сил и способностей человека, выраженного в типах организации жизни и деятельности людей1. Культура трактуется и как способ духовного освоения действительности на основе системы выявленных ценностей2, и как развертывание творческой деятельности человека, направленной на поиск сакрального смысла бытия3. Если попытаться упорядочить весь ряд дефиниций культуры, получится некая обобщенная культурологическая концепция, отражающая разные этапы становления культуры и ее осмысления. Основная идея может быть сформулирована как творение логоса и преодоление хаоса в бытии культуры.

“Культура не есть нечто возникающее из хаоса, — писал наш современник, оригинальный мыслитель, философ Мераб Мамардашвили, — Хаос и бескультурье не сзади, не впереди, не сбоку, а окружают каждую историческую точку. Так же как в математике рациональные числа окружены в каждой точке иррациональными числами,... хаос... окружает каждую точку культурного существования внутри самой культуры. И дополнительным, все время восполняющим условием культуры является свершение, всегда случайное — именно такого рода живых состояний.., которые сами по себе не являются ценностными, полезными, а являются тем, что Кант называл “бесконечными ценностями” или “бес­цельными целями”... Если эти акты не совершаются, если не находится в культуре достаточного числа людей, спо­собных на поддержание этого на вершине собственного усилия, то ничего нет. А если что-то и есть, то это всего лишь тени, неотличимые от живого"4.

По ассоциации вообразим себе культуру как бесконечный сад, в котором созревает и погибает, произрастает и увядает великое множество даров природы. Нужны желание садовника, его терпение, ум, трудолюбие и эстетический вкус, чтобы стал этот сад благоухающим, плодоносным, дарующим радость и красоту. Но стоит ему лишь на время прекратить работу, как зарастет земля бурьяном, одичает флора, осыпется урожай.

Логос в его противопоставлении хаосу — одна из основополагающих категорий культурологии. “Это противоположность всему безотчетному и бессловесному, безответному и безответственному, бессмысленному и бесформенному в мире и человеке”1. Смысл этого термина многозначен, по­лифункционален и содержательно неисчерпаем. Понятие логоса мы встречаем в библейских и мифологических текстах, филологических и философских трудах, художественных и исторических книгах.

Представление о логосе древних дает А.Ф. Лосев в своих переводах античных авторов. “...Весь этот бурлящий хаос первоогня имеет для себя также и свое собственное основание, свой собственный смысл, свой логос”2, — пишет он, комментируя Гераклита (VI в. до н.э.). В текстах по­следнего, по некоторому предположению, впервые был введен этот термин, понимаемый в качестве истинного слова, смысла, гласа Космоса, бытия, бога в противовес пустым и неразумным человеческим речам. По Аристотелю (IV в. до н.э.), душа есть “сущность как логос”, обеспечивающий признание ее в качестве неделимой сущности3. Согласно Порфирию (II в. н.э.), душа также — логос, или “осмысляющим образом действующий принцип”4. “Из той небесной чаши, в которой замешаны все божественные, демонические и человеческие души, в результате действия “демиургических (демиург — творец, мастер) логосов” каждый тип души “получает в удел подобающую себе меру своей связи [с космическим целым]”5, — продолжает свои комментарии А.Ф. Лосев со ссылкой на Ямвлиха (II в. н.э.).

В античных текстах логос трактуется как творящая космологическая сила, универсальный организующий принцип бытия, его мера и смысл. Одновременно это и творческая мысль, и конструктивная логика, и действенное слово. Рождение логоса из хаоса, и проявление хаоса на фоне логоса, возвращение к хаотичному состоянию и новое возрождение логоса в многообразии жизни — вечные и всегда современные проблемы культуры. Культурологию интересуют способы преодоления глобального противоречия между этими двумя состояниями мира. Интерпретируя данное противо­речие в духе античной традиции, определим культурологию как учение о логосе культуры. На наш взгляд, эта дефиниция наиболее корректно отражает ее предметное содержание. В дальнейшем, в теме "Социокультурная динамика" мы остановимся на современной, синергетической интерпретации понятия логоса, которое более принято в этой парадигме определять как порядок.

Культурология не нивелирует, но и не приемлет за абсолют парадигмы научной методологии, обретая относительную свободу выбора собственных формально-логических и методологических принципов. Их суть — в наблюдении, описании, раскрытии характеристик конкретной культурной среды. Причем они как бы неявно упорядочивают, структурируют, налагают ограничения на многообразие суждений, руководствуясь системой ценностей. В этой связи такие эмоциональные и интеллектуальные качества личности, как честность и искренность, интуиция и логическая стройность мысли, впечатлительность и наблюдательность становятся показателем профессиональной культуры и квалификации культуролога.

Итак, в методологическом аспекте культурология может быть определена как способ познания логоса культуры. Осмысление и описание логоса как совершенного способа бытия культуры возможно лишь при сочетании логики и интуиции, интеллекта и эмоции, рационального и иррационального: сознательное применение противоположных познавательных процедур превращается в метод исследования. Способность к рефлексии, или самосознанию, придает черты логоса и самому мышлению.

Таким образом, концептуальное совпадение в понятиях логоса мысли и логоса бытия в пределе ведет к совпадению, даже к отождествлению предмета и метода культурологии. Степень развития дисциплины становится в данном контексте отражением степени самосознания культуры. С точки зрения такого подхода культурология может быть определена как мера самосознания логоса культуры.
6. Проблема профессионализма и профессиональной культуры в современной жизни
Чем более мощной по степени своего воздействия на природу становится техносфера, тем более строгие требования предъявляются к профессиональным качествам человека. Чтобы производственная деятельность существенно не нарушала экологический баланс, от специалиста сейчас, как минимум, требуется четкое выполнение технологических стандартов. В этих целях разрабатываются все более точные и сложные алгоритмы управления производством — своеобразный “юридический” кодекс общения человека с машиной. Для апробации новых научно-технических идей создается особая экспериментальная база, вследствие чего инновационная и репродуктивная деятельность оказываются разведенными в разные социальные ниши. В прошлом, в далекой предыстории техногенной цивилизации, такой дилеммы не возникало. Свидетельство тому — античная интерпретация древнегреческого термина “техне”.

“Техне” — это, в понимании древних, и мастерство, и искусство, и знание. Так, античный мастер выступал одновременно в разных ролях: творца идеи и ее технического разработчика; художника, рисующего в своем воображении эстетический облик будущего предмета; и ремесленника, воплощающего свой идейный замысел в природном материале. Его талант был многогранен, но оценивался по красоте, практичности и качеству создаваемых им вещей. Рукотворное искусство древности известно нам по предметам гончарного, оружейного и ювелирного дела, храмам и скульптурам, парусникам и приборам наблюдения, по многим другим памятникам старины. Часто безымянные, они сохранили неповторимую индивидуальность авторского почерка, стиля, композиции. Правда, порою сокрытым от нас остался сам процесс создания шедевра.

Отношение к технологическим инновациям, к выбору приоритетов цивилизационного прогресса зависит от типа культуры, национальных традиций, условий жизни. Природная склонность к философии или изящным искусствам одних народов, темпераментность или рассудительность других, практицизм или созерцательность третьих, а возможно, и какие-то другие особенности национального менталитета оказали решающее влияние на структуру и динамику техносферы.

Многое написано об особом месте России в мировой культуре. И в наши дни не затихают по этому поводу научные, политические, философские дискуссии. Соединяя в своем географическом пространстве Восток и Запад, наша страна исторически была открыта к различным культурным веяниям, повлиявшим на своеобразие национального характера. Это нашло свое отражение в философских размышлениях героев классических романов, лиризме художественных полотен, в мистицизме и религиозности, в пролетарской революционной патетике и купеческом меценатстве.

К сожалению, многие современные проблемы российской действительности порождены некомпетентностью и дилетантством, вероятно, тоже имеющими достаточно глубокие исторические корни. Непрофессионализм, бесцельность и элементарную лень невозможно победить властным усилием. Предъявляемые к человеку требования в лучшем случае регламентируют его работу в меру собственного понимания и представления об ответственности. Ответом на дисциплинарное давление извне может стать личностная безответственность и стремление не столько быть, сколько выглядеть.

Ясно, что чем с большей некомпетентностью мы соприкасаемся, тем квалифицированнее должны быть сами. Нужен профессионализм высокого класса, чтобы одолеть слепую, но порою весьма агрессивную стихию элементарной безграмотности. Необходимо научиться подчинять интересам дела свои мысли и поступки. В таком самоограничении, как писал выдающийся русский философ В. Розанов, воля находит для себя закон, а с ним и твердость действия, которой не знала прежде1. Целеустремленность, собранность, четкость решений и действий не только характеризуют степень профессионализма, но и придают жизни уверенность и оптимизм.

Итак, появление мощных технологий изменило понятие профессионализма: глобальный характер технического действа не позволяет двигаться эмпирическим путем — методом проб и ошибок. Негативные последствия неверных шагов или непродуманных решений необратимыми. Профессиональный уровень специалистов — их знания, квалификация, мастерство — служат гарантом надежности, стабильности и перспективности технических систем.

Не претендуя на исчерпывающую характеристику, отметим, что профессионализм — это:

— практическая адаптация работника к производственной системе, дисциплинированность, овладение технологическими операциями;

— способность обеспечить эксплуатационную надежность и безопасность;

— совершенное знание предмета, свободная ориентация в потоке технической информации;

— корректное принятие решений в проблемных ситуациях.



Профессионализм составляет необходимое, но не достаточное условие профессиональной культуры. Различие названных качеств напоминает отношения мастера и подмастерья, когда один, располагая большей свободой выбора целей и способов деятельности, поручает другому более стандартную и технически регламентированную работу.

Культура специалиста развивается через практический опыт, но интеллектуальные основы профессионализма формируются образованием, главная цель которого — достижение профессиональной компетентности. Данное понятие включает: во-первых, широкий информационный кругозор по избран­ной специальности; во-вторых, аналитический склад ума, способного устанавливать соответствия между практичес­кими и познавательными принципами; в-третьих, знание общих естественно-научных законов и свойств природных материалов.

Отмечая замкнутость профессионала на непосредственном предмете своих занятий и возникающие в результате тупиковые ситуации, известный немецкий философ и социолог Т. Адорно писал, что лучшей реакцией на этот страх была бы попытка как-то содействовать установлению общества, отвечающего человеческому достоинству1.

Социологи считают, что интеллектуальные и технические инновации — это ответ на запросы общества. И в самом деле, социальные интересы и ценности, настроения и предпочтения, нормы и традиции явно или неявно стимулируют прогресс одних и сдерживают становление других направлений деятельности, оказывают влияние на темпы роста и приоритеты. ”Люди и техника, потребности и вещи взаимно структурируют друг друга — к лучшему или к худшему. В ареале той или иной цивилизации структуры индивида и общества связаны с технико-функциональными особенностями едва ли не универсальным законом”2, — отмечал Жан Бодрийяр.

В техносфере продолжается вся гамма естественных человеческих возможностей — физической силы, чувств, интеллекта. Между тем, как самокритично писал Т. Адорно социологи слишком мало смыслят в технике, а техников требования сегодняшнего дня обязывают лишь изредка задумываться о подобных вещах. Особенно недостает, — подчеркивал он, — “общественного изучения самих процессов технического производства, а следовательно того способа, каким общественные мотивации входят в конкретный образ технических операций. И наоборот, новейшее социально-психологическое развитие оказывается весьма зависимым от сегодняшних форм технического производства, что относится к наиболее роковым аспектам научного разделения труда, но именно эти взаимосвязи все еще достаточно не проанализированы”3.

Развитие новых технологий по мере их усложнения обретает относительную автономию за счет появления внутренних творческих импульсов, рождающих оригинальную техническую идею.Чтобы предотвратить рассогласование целей, недостаточно ориентироваться только на актуальные потребности общества или на коньюнктуру. Надо знать и понимать законы, динамику развития конкретного социума, прогнозировать его будущее.

Чем более высокое место в профессиональной пирамиде занимает специалист, тем существеннее влияние принимаемых им решений социальную организацию, образ и качество жизни, образование и ценностные приоритеты. Это означает, что собственно профессиональной компетентности может оказаться недостаточно, необходима компетентность социальная. Именно она становится исходной предпосылкой профессиональной культуры специалиста. Итак, овладение профессиональной культурой означает сознательное подчинение профессиональной деятельности ценност­ным социокультурным приоритетам
7. Почему возникла альтернатива технократического и гуманитарного стилей мышления?
Становление профессиональной культуры, адекватной современному состоянию техногенной цивилизации, связано с радикальным изменением доминирующего в социуме стиля мышления. Превалирующее в доиндустриальных формациях чувственное мировосприятие в течение длительного, измеряемого столетиями времени, трансформировалось в рационалистическое (в его крайнем проявлении - формально-логическое) осмысление действительности. Если умы античных мыслителей занимала общая картина мироздания, и для этого необходимы были интегральные познавательные процедуры, то теперь узкопрактическая потребность углубленного, но фрагментарного исследования потребовала преимущественно аналитических методов. Естествознание и математика триумфально лидируют в науке по строгости аргументации, четкости суждений, определенности выводов. В красивых “орнаментах” абстрактных логических символов воспроизводятся структуры реального мира. Непостижимым образом ученые находят эмпирическое подтверждение своим умозрительным конструктам.

В свою очередь, новые инженерные технологии, упрощенно перенесенные в сферу познания человеческих отношений, еще более укрепляют веру во всемогущество рационалистических методов. На неблагоприятном фоне девальвации духовных ценностей сложился особый технократический стиль мышления, оказавший заметное влияние и на гуманитаристику, где вскоре обнаружились его односторонность и неплодотворность. В суете и погоне за прибылью, в самодовлеющем практицизме и конъюнктуре категории нравственности оказываются порой низведены до норм юридического права, добро отождествлено с выгодой, счастье подменено обладанием. “При всяких состязаниях на механическую скорость, при всяких премиях и бессмысленных изобретениях однодневных королей и королев совершенно отодвигается на второй план примитивное соображение об искусстве мышления, которое дало столько непревзойденных, замечательных школ древности”1,— напоминал Н.К. Рерих.

Новая ситуация потребовала пересмотра отношения к существованию универсальных ценностей. “Возникает угроза, что в искусстве исчезнет не только дисциплинирующее, но и содержательное ремесленное образование, в науке — опирающееся на смысл целого обучение в области знания и исследования; в философии — передающаяся от лица к лицу традиция веры. Вместо всего этого сохранится традиция технической рутины, умения и форм, усвоения точных методов и, наконец, ни к чему не обязывающая болтовня”2, — предупреждал К. Ясперс.

Адекватная современной стадии социального развития новая образовательная парадигма требует ясного осознания различий между полярными типами культуры, которые условно обозначим как техногенный и мифологемный. Мифологемность означает в данном случае образно-символическое восприятие мира, слияние реальности воспринимаемой и воображаемой, рационально познанной и интуитивно полагаемой.



Таблица № 1

ЦЕННОСТИ

ТИП КУЛЬТУРЫ


КУЛЬТУРЫ

Техногенный

Мифологемный

Ядро мировоззрения

Цивилизация

Духовная культура

Отношение к природе

Покорение

Соответствие

Экономические интересы

Личное или коллективное благополучие, обладание

Совершенствование образа жизни

Мораль(внешние регулятивы поведения)

Управление, подчинение

Согласие, сотрудничество

Нравственность (внутренние регулятивы поведения)

Закон, норма

Любовь, симпатия

Знание (способы достижения истины)

Рационализм, прагматизм, доказательство

Интуитивизм, иррационализм, вера

Стиль мышления

Рассудок

Разум

Метод познания

Анализ

Синтез

Логика изложения

Дедукция

Индукция

Область творчества

Технологии деятельности (наука, техника, духовная практика)

Символическое освоение мира (художественное, религиозно–мистическое)

Характер деятельности

Целеустремленность, дифференциация, специализация

Созерцательность, интеграция, универсализация

Сравним основные характеристики названных типов (Таблица № 1). Данная схема не претендует на полноту информации и может быть продолжена за счет иных параметров. Кроме того, некоторые ценности приведены без последующего обоснования в качестве темы для самостоятельного размышления.

Разумеется, не существует "чистого" типа культуры. Речь идет о доминирующих ценностных ориентациях или “ядерных” отношениях, определяющих главные тенденции становления цивилизации. В идеале необходима гармонизация названных альтернативных систем ценностей, что в итоге должно быть отражено в новых концепциях образования.

Главные черты гуманистического типа мышления — осмысление и жизненное воплощение нравственных принципов, органичное сочетание логики и здравого смысла, чувства и разума, веры и научной аргументации. Этим искусством владеют люди с высоким культурным потенциалом, талантливые и образованные, волевые и деликатные. При этом далеко не всегда “технарь” является технократом, а гуманитарная профессия вовсе не гарантирует гуманистических идеалов.


7. Место культурологии в системе инженерного образования.
Способность применять культурологический подход к конкретной профессиональной деятельности в значительной мере влияет на черты и характеристики профессиональной культуры специалиста, структурным элементом которой является социокультурная компетентность.

Уточним, что именно является особенно ценным и необходимым для культурологического подхода. Если иметь в виду, что профессиональная деятельность - это специализированная сфера культуры, то культурологический уровень изучения ее предполагает исследования экстраутилитарных, то есть, выходящих за пределы узкой специальности, ценностно-нормативных параметров этой деятельности

- нормирующих и регулирующих ее по критериям социальной приемлемости тех или иных способов ее осуществления;

- устанавливающих пороги допустимости социальной цены и социальных последствий этой деятельности,

- аккумулирующих и канонизирующих исторический опыт подобной деятельности в плане ее социальной эффективности;

- формирующих "классические" требования к технологиям и нормам обучения по специальности;

- формирующих этику профессионального взаимодействия специалистов;

- создающих специальные внутриотраслевые языки и семиотически коды профессиональной комуникации и взаимопонимания;

- разрабатывающие иерархию критериев определения социальной ценности продуктов (результатов) этой деятельности, престижность тех или иных функций и статуса ее исполнителей, профессиональную атрибутику, этику, моду, праздники, традиции и т.п.

Таким образом, можно ввести понятие культурологии техники, которое включает в себя следующие сферы знания:

- онтологию инженерной культуры: разнообразие ее определений и ракурсов познания, социальных функций и параметров,

- гносеологию профессиональной культуры: основания знаний об инженерной деятельности и их место в системе наук, внутренняя структура и методология;

- морфологию профессиональной культуры: основные параметры ее функциональной структуры как системы форм социальной организации, регуляции и коммуникации, познания, кумуляции и трансляции социального опыта;

- семантику инженерной культуры: представления о символах, знаках и образах, языках и текстах культуры, механизмах культурного взаимодействия;

- антропологию инженерной культуры: представления о личностных параметрах культуры, об инженере, как "производителе" и "потребителе" продуктов техносферы;

- социологию культуры: представления о социальной стратифицированности в рамках профессиональной культуры, о профессиональной культуре как системе "правил игры" и технологий социального взаимодействия;

- социальную динамику профессиональной культуры: представления об основных типах социокультурных процессов в рамках техногенной цивилизации, генезисе и изменчивости культурных феноменов и систем;

- историческую динамику профессиональной культуры: представления об эволюции форм социокультурной организации в рамках инженерной деятельности;

- прикладные аспекты культурологии техники: представления о культурной политике, функциях культурных институтов - разрабатывает методы, основания и технологии прогнозирования, проектирования и регулирования социокультурных процессов, связанных с техносферой.
Таким образом, предметом культурологического анализа специализированной, в частности, инженерной, деятельности являются ценностно-нормативные установки и механизмы, регулирующие ее функционирование в социуме, допустимый предел социальной цены и социальных последствий этого функционирования; а также взаимодействие и взаимопонимание как между профессиональным инженерным сообществом и другими общественными структурами, так и внутри него.
Контрольные вопросы и вопросы для самопроверки
1. В чем специфика становления культурологии как научной и учебной дисциплины?

2. Какие науки заложили фундамент культурологии?

3. В чем специфика культурологического знания и какова его структура?

4. На основании каких характеристик можно сделать вывод об интегративном характере культурологии?

5. Каковы цели и задачи фундаментальной и прикладной культурологии?

6. Что отличает культурологический подход к сферам специализированной деятельности, в частности, к деятельности инженерной?

7. Что является предметом культурологического анализа инженерой деятельности? экономической деятельности? юридической деятельности?

8. Каковы требования к социокультурной компетентности в сфере специализированной профессиональной деятельности?


Темы рефератов и творческих заданий
1. История и динамика становления культурологического знания.

2. Культурно-антропологические школы и концепции.

3. Культурологическая концепция Л. Уайта.

4. Проблема определения предметной области культурологии в постмодернистских концепциях.

5. Компаративная культурология.

6. Математическое моделирование социокультурных процессов.

7. Место культурологии в системе инженерного образования.

10. Дайте сравнительный анализ определений предметного поля культурологии как области социогуманитарного знания по доступным вам учебникам и источникам.

11. Проведите культурологический анализ какого-нибудь проекта, технической системы, инженерного сооружения, технологии, имеющей отношение к вашей будущей профессиональной деятельности, выделив задачи и критерии этого анализа.
Литература к теме 1:
Арон Р. Этапы развития социологической мысли. М., 1993.

Багдасарьян Н.Г. Профессиональная культура инженера: механизмы освоения. М., 1998.

Бахтин М.М. К методологии гуманитарных наук //Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979.

Белик А.А. Культурология. Антропологические теории культур. М., 1998.



Библер В.С. От наукоучения к логике культуры. М., 1981.

Вебер М. Критические исследования в области логики наук о культуре // Вебер М. Избр. произведения. М., 1990.

Виндельбанд В. Философия культуры и трансцендентальный идеализм / Культурология. XX век: Антология. М., 1995. С. 57-69.

Гуревич П.С. Философия культуры. М., 1994.

Ильенков Э.В. Философия и культура. М., 1991.

Ильин В.В. Теория познания. Эпистемология. М., 1994.

Категории философии и категории культуры. Киев, 1984.

Мамонтов С.П. Основы культурологии. М., 1994.

Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука. Ереван, 1983.

Методологические проблемы изучения культуры. Л., 1979.

Методология и методы исследования культуры. Л., 1984.

Пелипенко А.А., Яковенко И.Г. Культура как система. М., 1998.

Поппер К. Логика и рост научного знания. М., 1983.

Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре / Культурология. XX век: Антология. М., 1995. С. 69-104.

Флиер А.Я. Культурология / Культурология XX век. Энциклопедия. Т. 1. М., 1998. С. 371-374.

Фуко М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук. С-П.,1994
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12